Зиявудин Магомедов хочет размяться в тюрьме

Общество

Зиявудин Магомедов хочет размяться в тюрьме

Создавший преступное сообщество миллиардер недоволен отсутствием спортзала у себя в тюрьме Лефортово.
02.09.2019

Как стало известно “Ъ”, владелец группы «Сумма» Зиявудин Магомедов, находящийся под следствием по обвинению в организации преступного сообщества, готов вложить средства и предоставить соответствующее оборудование для строительства спортзала в СИЗО «Лефортово». Его поддержат десятки других именитых заключенных, которые из-за длительного отсутствия физических нагрузок, как и господин Магомедов, страдают заболеваниями опорно-двигательного аппарата.

Члены Общественной наблюдательной комиссии Москвы, рассказал “Ъ” ее ответственный секретарь Иван Мельников, посетив СИЗО «Лефортово», встретились с содержащимися в нем с весны прошлого года братьями Зиявудином и Магомедом Магомедовыми, обвиняемыми МВД в организации преступного сообщества, особо крупных растратах и мошенничестве (ч. 1 ст. 210, ч. 4 ст. 160 и ч. 4 ст. 159 УК РФ). Господин Мельников отметил, что, хотя братья не жаловались на своих сокамерников, ими оказались обвиняемые в совершении преступлений террористической направленности (ст. 205 УК РФ), что противоречит закону о содержании обвиняемых и подозреваемых, а также другим законодательным актам. В соответствии с ними лица, которым инкриминируют терроризм, не должны находиться вместе с другими заключенными, а тем более с теми, которые обвиняются в ненасильственных экономических преступлениях. Между тем Зиявудин Магомедов вспомнил, что за время пребывания под стражей у него сменилось с десяток соседей, из которых четверо обвинялись по ст. 205 УК РФ.

Зиявудин Магомедов, по словам правозащитника Мельникова, обратил их внимание на другую проблему — отсутствие в СИЗО спортзала. На самом деле в «Лефортово» их два, но доступны они в силу разных причин в основном сотрудникам самой ФСИН и заключенным, которые отбывают сроки при тюрьме в качестве обслуживающего ее персонала. Из-за отсутствия возможности тренироваться у большинства заключенных обостряются болезни позвоночника и опорно-двигательного аппарата. «Делая упражнения в камере, я свою спину восстановить не могу»,— отметил господин Магомедов. Он рассказал, что до ареста открывал в Москве борцовские клубы, один из проектов не был реализован — осталось оборудование, которое он готов в качестве благотворительности передать «Лефортово» и профинансировать строительство в СИЗО спортзала, которым могли бы пользоваться все заключенные. Как раз сейчас в тюрьме ведутся ремонтные работы, в том числе в одном из залов, что может упростить реализацию этого проекта.

Следует отметить, что начинание Зиявудина Магомедова готовы поддержать другие известные заключенные «Лефортово», в том числе его брат Магомед и бывший министр «Открытого правительства» Михаил Абызов, которые вынуждены поддерживать мышцы в тонусе, отжимаясь в камере и прогулочном дворике. За выступает и бывший замдиректора ФСИН Олег Коршунов.

Будучи чиновником, он, по словам правозащитников, отвергал обращения заключенных «Лефортово» о спортзале (в других столичных тюрьмах с этим проблем нет), а когда сам оказался под стражей, первым делом обратил внимание на отсутствие доступа к спорту.

По словам господина Мельникова, о выявленных в «Лефортово» нарушениях, связанных как с размещением контингента по камерам, так и с отсутствием у заключенных возможности заниматься спортом, правозащитники проинформировали руководство ФСИН. В тюремном ведомстве собираются провести проверку, по результатам которой, очевидно, будут сделаны определенные выводы.

Братьям Магомедовым, скорее всего, придется провести в «Лефортово» еще не один месяц. Расследование их уголовного дела уже закончено. По окончательной версии обвинения, господа Магомедовы вместе со своими предполагаемыми сообщниками организовали девять эпизодов хищений на общую сумму 11 млрд руб., в том числе при подготовке участков для строительства «Зенит-Арены» в Санкт-Петербурге и стадиона «Балтика» в Калининграде. Теперь братьям и другим фигурантам предстоит ознакомиться с почти 1 тыс. томов уголовного дела, обвинительное заключение по которому затем поступит на утверждение в Генпрокуратуру.