Жрать будете. «Аутсорсеры» возвращаются

Жрать будете. «Аутсорсеры» возвращаются



Жрать будете. «Аутсорсеры» возвращаются

Кабинет Министров согласился (!) с предложением (!!) Министерства обороны (!!!) перейти на старую систему питания. Мне нечего добавить, господа! Когда мы говорили, что во главе армии стоят ее гробовщики — многие не верили.
Ну что ж. Пожалуй, надо дождаться перехода на старую форму — дубок, бумажный бушлат и берцы «1000 шагов». И отмену необходимости бронежилетов. И каски стальные, кстати, на складах еще есть.
Image may contain: food
Я вам просто расскажу, что в действительности означает официальная отмена правительством реформы питания, и возвращение к веселымам схем 2008-2015 годов. Которые с таким трудом выкорчевали, казалось, навсегда.
Теперь на откуп «аутсорсерам» снова отдадут все. «Аутсорсеры» — это такие фирмы, которые как бы кормят армию, но основная цель у них — прибыль. А совести нет вообще.
Раньше, меню по старым нормам утверждал начпрод (которых в армии было 10% от необходимого). После чего в принципе можно было делать что угодно, потому что контролировать аутсорсера на складе и кухне не было юридических прав. Поэтому никто не знал, что они закупали, готовили и клали в тарелки, чтобы обеспечить ту же (условную) сумму жиров, белков и углеводов — а вовсе не еду.
Потом был каталог и собственная технологическая цепочка питания, где контролируемо все — и это было реформой, и сломало порочную схему.

А вот теперь все по-прежнему. Только со словом «Каталог» вместо нормы. Так что, когда начпрод подписывает в меню «красную рыбу» — вы можете ожидать в тарелке хек с просроченным сроком хранения. Как раньше. Только тогда не было красной рыбы из каталога. Теперь она есть. Но жрать придется то же, что и раньше. Потому что работать это все будет — по-старому.
А что было раньше, я вам напомню. Потому что сейчас это будет полностью восстановлено.
Они могли делать что угодно — ибо были защищены от какого-либо контроля. Поэтому могли даже нарушать законы физики относительно массы, объема и времени.
Потому что они были вооружены главным инструментом — деньгами, которые платит им государство. С помощью этого нехитрого устройства они быстро соблазняли тыловое начальство на нижних уровнях (потому, что верхние берут долю), чтобы защищать себя от опасности глубокого контроля «на выходе», то есть в тарелке.
А потом они начинают весело кроить армейскую пайку сверху донизу.
Прежде всего, на уровне закупки весело закупается некондиция и «просрочка», и «правильные» сертификаты к ней. Уровень пригодности определяется чисто внешними факторами. Если в крупе жучок превосходит количество крупы, если картофель льется а не высыпается, если плесень не отмывается с макарон, а мясо явно воняет и шевелится — покупать, возможно, не станут. Все остальное — допустимо. Потому что на цене можно сэкономить в несколько раз (и называть это «продуктами каталога”).
Разнообразие, к которому начали привыкать с каталогом — понятие полностью несовместимое со старой системой.
С ностальгией вспоминаю, как замечательный деснянский «аутсорсер” закупил где-то летом 14- го рыбу-глося, неизвестного происхождения и возраста, и макароны. И каждый завтрак, в течение нескольких месяцев у Десны состоял из разваренного глося и расползшихся макарон. Что, в принципе, бывало лучшим приемом пищи в некоторые из дней (кстати, именно такого глося вы будете теперь есть как «красную рыбу» — потому что есть такое название в каталоге).
Но это еще не вся бубочка. Далее свой кусок должны откусить непосредственные местные «рестораторы» большого аутсорсера. Свою долю, естественно, берет начальник, от чего, бывает, отламывается контролерам от воинской части. Но не всегда. Если вопрос «полностью решен» на более высоком уровне (а немало старых командиров частей сидели на этой игле) — проверяющим приходится закрывать глаза на голодный желудок.
А дальше пайку растаскивают непосредственные исполнители, прямо из кухни.
Помятка. zr, Евгений Махревич в 15 году в Десне, вместе с разведосами устраивал засады на личный состав столовой. И они все вместе удивлялись — как бедная женщина, например, может тащить двадцать килограммов мяса, а также бежать с ним быстрее ветра.
Далее составляется акт, пишется заявление в полицию — и давай все по-новой. В крайнем случае уволят мелкого исполнителя.
А исполнители нанимаются на нищенскую зарплату. На минималку — потому что все экономится в кассу. Поэтому и шли работать в армейскую столовую от большой безысходности. И в надежде на «добавку» с солдатского стола.
Собственно, и качество еды поэтому в большинстве случаев было ужасным. Потому шеф-повара из модных ресторанов туда почему-то не шли. И готовили для армии люди далекие от кулинарии настолько же, насколько и от микрохирургии. Ну, разве что, возглавлял службу какой-то ветеран советского общепита. Что только усиливало ситуацию.
Собственно, с советских времен особо ничего не менялось. Но было даже лучше, чем при совке (говорю ответственно) — что в принципе примиряло с пайкой ту часть мобилизованных, которые прошли советскую, и постсоветскую армию (так, оказывается бывает и хуже). Кроме того, злые, горластые мобилизованные, которые клали на все условности (или адекватное начальство, которого тоже было немало) могли дожать «кормильцев» до уровня «не полное дерьмо и более или менее по весу». Что при той системе было максимумом и идеалом.
Кстати, ранее «кормильцы» были вынуждены тратить деньги только на то оборудование, которого им не хватало в части. А когда уходили — вырывали его с мясом.
Теперь же у них праздник. Они БЕСПЛАТНО получат в пользование современные ремонты, новейшее оборудование и линии раздачи, которые благодаря реформе питания государство обновило за наши с вами деньги.
Ну и о сухпайках, куда же без них? В 14-м году я впервые в жизни познакомился с сухими пайками замечательной фирмы «Визит». До этого, я в советской армии принимал советский же паек. Штуку простую, но вполне из настоящих продуктов.
Тушенку, которую мы ели в 14-15 годах, в армии называли ласковым словом «секеля». Это когда на сковородке после растопки жира остается маленькая кучка жил, хрящей и обрезков. А словом «каша Визит» многие из нас до сих пор пугает гражданских и непослушных детей. И я не знаю, сколько тысяч армейских желудков было угроблено навсегда этим дерьмом.
Правда, к концу 15 года, те добрые люди, которые уже занимались реформой питания, все же добились от производителя хоть какого-то улучшения продукта, который в ППД и на полигонах пока еще употребляли. Но было понятно, что большего от монополистов, привыкших к баснословным деньгам «нашару» — не добиться никогда.
Собственно, все это и привело к пониманию необходимости реформы. Нашлась воля, деньги и люди из волонтеров и военных. Которые разрабатывали, согласовывали, убеждали, укатывали, создавали прозрачную систему, проводили конкурсы и тендеры среди поставщиков, били их по голове и рукам, и снова проводили конкурсы и тендеры. Попутно пришлось хорошо встряхнут и мотивировать «тыл». После этого тяжело, со скрипом, с сопротивлением — начало получаться. Шаг за шагом. Все изменения, которые я лично испытал с 14 по 19 год. На себе и своем подразделении. От дерьма в тарелке и останков в банке — до ананасов на десерт и разнообразного сухого пайка, что превосходит (на мой вкус) натовский.
А вот теперь — все. Кабинет Министров согласился (!) с предложением (!!) Министерства обороны (!!!) перейти на старую систему питания.
Мне нечего добавить, господа! Когда мы говорили, что во главе армии стоят ее гробовщики — многие не верили.
Ну что ж. Пожалуй, надо дождаться перехода на старую форму — дубок, бумажный бушлат и берцы «1000 шагов».
И отмены необходимости бронежилетов. И каски стальные, кстати, на складах еще есть.
Армия, говорите — сама себе наголосовала? Ну, в чем-то так.
Но она весь это кайф выгребет первой.
Только что вы будете делать, когда от нее ничего не останется?
Там скоро же мир? Армия будет не нужна? Ну ок.
Ту армию, которая придет вместо своей — кормить придется по высоким стандартам.
Глеб Бабич,  опубликовано на странице автора в Facebook