«Вы меня хоть режьте, не понимаю предъявленных обвинений»

Общество

«Вы меня хоть режьте, не понимаю предъявленных обвинений»

Басманный суд Москвы вновь продлил арест Михаилу Абызову — теперь он пробудет под стражей как минимум до конца января 2020 года.
25.10.2019

Басманный суд Москвы в четверг продлил на три месяца арест бывшему министру по делам открытого правительства Михаилу Абызову, передает корреспондент Forbes из зала суда.

Абызов обвиняется в создании преступного сообщества, особо крупном мошенничестве, незаконном участии в предпринимательской деятельности и легализации средств (ст. 210, 159, 289 и 174.1 Уголовного кодекса). В суде следователь настаивал, что сейчас расследование дела продолжается и буквально недавно Абызову были предъявлены новые обвинения (в августе и сентябре экс-министру инкриминировали незаконное предпринимательство и легализацию — прим.Forbes), поэтому «закончить расследование не представляется возможным».

Оказавшись на свободе, по мнению обвинения, бывший министр обязательно попытается воспользоваться своими связями и окажет давление на свидетелей, будет препятствовать ходу расследования или попытается сбежать.

У Абызова есть две визы – Шенген и виза США, а также есть имущество в Италии, рассказывал следователь. Его поддерживала прокурор и просила оставить Абызова в СИЗО до 25 января.

Сторона защиты представила суду традиционную пачку документов с поручительствами от бизнесменов и деятелей культуры (среди поручителей — Роман Троценко и Чуплан Хаматова), а также документы о собственности на дом в Барвихе, где бывший министр мог бы находиться под домашним арестом.

Выступая в клетке за подсудимых, Абызов сначала извинился за то, что его адвокаты говорили несколько часов. «Ваша честь, мы здесь находимся для рассмотрения вопроса в правовой плоскости, моральной и этической», — выступал Абызов. Он напомнил, что следствие просит продлить его арест до девяти месяцев.

«Вы меня хоть режьте, хоть убивайте, я не понимаю суть предъявленных мне обвинений. Я не понимаю сути происходящего. Ну объясните мне, как гражданину, в чем меня обвиняют, в каком месте, в какое время что я совершил?» — говорил Абызов. Он настаивал, что с частью фигурантов дела, например, с Галиной Фрайденберг, он вообще не знаком. «С ней мы познакомились во время одного из продлений в этом стеклянном офисе», — показывал на свою клетку для подсудимых Абызов.

«Я семь лет работал на госслужбе. 27 лет занимаюсь предпринимательской деятельностью, был советником президента и имею награды. И вот теперь я прошу нормальной работы суда, — говорил Абызов. – Я уже семь месяцев нахожусь в «Лефортово» с людьми, которых обвиняют в терроризме. Разве это нормально?».

Экс-министр пожаловался, что следователи не дают ему свиданий с родственниками – даже с гражданской супругой. Все, что ему позволили – это один раз сделать один звонок. Абызов рассказывал, что давление коснулось и его детей. «Моего среднего сына могли забрать органы опеки и он вынужден был уехать в США. Все мои активы арестованы, и я не могу выплачивать алименты моей жене, у которой на иждивении двое детей», — говорил Абызов.

Он настаивал, что не собирается скрываться от суда и следствия, и поэтому нет никаких оснований оставлять его в СИЗО. «Давайте вместе решим, что такое хорошо и что такое плохо. И в чем будет зло, если я не буду находиться с террористами в «Лефортово», а буду дома!»: — заключил Абызов.

Михаил Абызов был арестован в конце марта 2019 года. По версии следствия, в марте 2013 года подконтрольная Абызову компания «Сибэнергострой» продала кипрскому офшору Blacksiris Trading Limited (также подконтрольному экс-министру) четыре энергоактива — АСС, ПРиС, ПЭСК и РЭМиС. Сумма сделки составила 186 млн рублей. Но уже в декабре 2013 года Blacksiris продала эти структуры обратно — компаниям СИБЭКО и РЭС, входившим в холдинг Абызова – уже за 4 млрд рублей. Сумма сделки, по версии следствия, была завышенной.

В результате следователи считают, что пострадали миноритарии СИБЭКО и РЭС: граждане Рубцов и Акопян, а также ФГУП «Внешнеэкономическое объединение «Алмазювелирэкспорт». Процессуальный статус потерпевшего, при этом – только у «Алмазювелирэкспорта».

Последние обвинения в адрес Абызова, в незаконном предпнимательстве и отмывании денег, касаются следок 2018 года – продажи акций СИБЭКО компаниям АО «Кузбассэнерго» и АО «ХРСК» за 32 млрд рублей. Эти деньги следствие считает полученными преступным путем и впоследствии легализованными. Все дела против Абызова сейчас соединены в одно производство.

Помимо Абызова, в уголовном деле фигурируют экс-гендиректор группы RU-COM Николай Степанов, бывший гендиректор компании «Сибэнергострой» Галина Фрайденберг, зампред совета директоров «РЭС» и заместитель гендиректора RU-COM Максим Русаков, экс-гендиректор «РЭС» Сергей Ильичев и экс-гендиректор «Сибэко» Александр Пелипасов. Все они находятся под стражей.

Михаил Абызов

Должность в РАО «ЕЭС России»: начальник департамента инвестполитики, заместитель председателя правления (курировал борьбу с неплатежами)

«Я пришел в РАО состоявшимся бизнесменом и состоятельным человеком», — вспоминал Абызов. К моменту, когда Чубайс возглавил РАО «ЕЭС России» и позвал туда Абызова, последнему принадлежали «Новосибирскэнерго», пакеты «Новосибирскнефтепродукта» и «Новосибирскавтодора». Когда Абызову поручили курировать в компании борьбу с неплатежами и долгами, реальные платежи за электричество составляли 8%, за остальное либо не платили, либо рассчитывались «зачетами». Абызов «был очень жесток с неплательщиками, чуть задержали оплату — отключал», — вспоминал бывший член совета директоров РАО Виктор Кудрявый. Подобная политика скоро дала свои плоды — удалось, по словам Абызова, погасить 200 млрд рублей долгов, которые предлагали списать на убытки, а доля оплачиваемого живыми деньгами электричества к 2000 году составила 100%. В 2005-м году Абызов покинул компанию — на тот момент реформа РАО ЕЭС почти завершилась, и Абызов «предпочел уйти из компании прежде, чем его оттуда уволят», — говорил тогда «Ведомостям» его знакомый.

Жизнь после РАО: Абызов стал одним из немногих топ-менеджеров из команды Анатолия Чубайса, у кого карьера после РАО развивалась по восходящей линии. В 2006 году он основал «Группу E4», ставшую одним из ведущих игроков на рынке строительства энергоблоков, а в 2012-м — вошел в состав правительства в статусе «министра без портфеля» — в его компетенцию входило кураторство над так называемым «Открытым правительством». «Значительная часть вопросов, которые мы выносим на заседание правительства, — это и проекты госпрограмм, и законопроекты – предварительно рассматривается экспертным советом, то есть проходит обкатку именно в формате «Открытого правительства»», — объяснял назначение структуры премьер Дмитрий Медведев в 2012 году. Ради работы на госслужбе Абызову пришлось передать все свои активы в доверительное управление. Однако спустя несколько лет политические и бизнес-успехи Абызова пошли на спад. «Группа E4» столкнулась с  финансовыми трудностями в 2014 году, была продана и обанкротилась, а правительственную комиссию по организации деятельности «Открытого правительства» в мае 2018-го упразднили. Меньше чем через год после этого Абызова арестовали по подозрению в организации преступного сообщества и мошенничестве.

Леонид Меламед

Должность в РАО «ЕЭС России»: первый зампред правления 

Меламед был вторым человеком в РАО ЕЭС после Чубайса. Он курировал финансовый блок и исполнял обязанности главы компании в отсутствие Чубайса. В 2004-м покинул РАО. Чубайс называл вклад Меламеда в реформирование РАО ЕЭС уникальным.

Жизнь после РАО: После ухода из энергетического холдинга Меламед управлял созданной им еще в 1990-е инвесткомпанией «Алемар», а в 2007-м возглавил Российскую корпорацию нанотехнологий (будущую «Роснано»). После того, как РАО ЕЭС было ликвидировано и руководить нанотехнологиями пришел Чубайс, Меламед покинул компанию и вернулся к управлению «Алемаром». Однако история с «Роснано» для него на этом не закончилась. В 2015 году ему предъявили обвинение в растрате. Растрачены якобы были 220 млн рублей, которые получил подконтрольный Меламеду «Алемар» за консультационные услуги. Из-под домашнего ареста Меламеда выпустили только в феврале 2018 года. Его дело по-прежнему находится на рассмотрении прокуратуры.

Дмитрий Журба

Должность в РАО «ЕЭС России»: финансовый директор

В РАО «ЕЭС России» Журба перешел из Росэнергоатома вместе с Леонидом Меламедом, у которого работал там заместителем. За годы работы в РАО операционная рентабельность компании, которая на момент прихода команды Чубайса была на грани банкротства, достигла уровня 22%, что было сопоставимо с западными энергокомпаниями. Вместе с другими топ-менеджерами компании Журба занимался выстраиванием системы бюджетирования, бизнес-планирования и финансовой дисциплины. Свой уход в 2005-м Журба объяснил нежеланием «заниматься похоронами РАО». «Мне неинтересно то, что я делаю, и я считаю, что сейчас занимаю чужое место. В РАО сейчас усиливается влияние людей, которые пришли из чиновничьего аппарата и никогда не занимались бизнесом», — объяснял тогда Журба «Коммерсанту». 

Жизнь после РАО: В 2005 году стал вице-президентом, а в 2007-м — президентом инвестиционно-финансовой корпорации «Алемар». По уголовному делу против Леонида Меламеда Журба проходил в качестве свидетеля, но на допрос так и не пришел. Он покинул Россию, как писал РБК, и уехал в Великобританию. В феврале 2019 года «Ведомости» писали, что офшорная компания Dermant Estate, бенефициаром которой является Журба, является одним из кредиторов рухнувшей микрофинансовой компании «Домашние деньги» Евгения Бернштама (долг последней перед Dermant  составляет $1,37 млн). Сам Журба говорил, что не является владельцем Dermant. 

Андрей Раппопорт

Должность в РАО «ЕЭС России»: зампред правления

Придя в компанию из ЮКОСа в 1998 году, Раппопорт стал правой рукой Чубайса в инвестиционной деятельности РАО ЕЭС. Однако фактически ему пришлось заниматься решением кризиса неплатежей, «выбивая» задолженность у регионов, в частности, с дальневосточных и северокавказских. Все это встречало сопротивление местных властей. Как вспоминал Леонид Меламед, губернатор Приморья Евгений Наздратенко обещал Раппопорту, что если тот прилетит в регион, то его «снимут с трапа и закуют в наручники». Впоследствии возглавил «дочку» РАО ЕЭС — «Интер РАО ЕЭС» — отвечавшую за энергоснабжение республик бывшего СССР. 

Жизнь после РАО: Уже после ликвидации РАО ЕЭС продолжал возглавлять Федеральную сетевую компанию, в ведении которой были все высоковольтные сети. В 2011 году Рапопорт стал президентом Московской школы управления «Сколково» (сейчас возглавляет ее координационный совет). В 2012-2013 годах был заместителем Чубайса в Роснано. В 2013 году Раппопорт впервые вошел в рейтинг Forbes  — тогда его активы (деньги от продаж долей в сбытовых компаниях, нефтегазохимические производства на Украине и в Татарстане, доля в нефтяной компании Ruspetro, ГЭС в Грузии) были оценены в $950 млн. Оценка состояния по версии Forbes на 2018 год — $1,1 млрд. 

Яков Уринсон

Должность в РАО «ЕЭС России»: зампред правления, руководитель корпоративного центра

С главой РАО Уринсон был знаком по работе в российском правительстве — он был вице-премьером и министром экономики, когда Чубайс работал первым заместителем председателя кабинета министров. Заняв в 1999 году позицию главного эксперта РАО ЕЭС, впоследствии Уринсон возглавил Корпоративный центр холдинга — одного из трех ключевых блоков в структуре управления компании, который разрабатывал стратегические показатели для ее работы.

Жизнь после РАО: Сразу после прихода Чубайса на пост гендиректора Российской корпорации нанотехнологий (будущая «Роснано»), Уринсон стал его заместителем, впоследствии вошел в правление «Роснано». В 2016 году стало известно, что Уринсон является фигурантом дела о растрате бюджетных средств. Как объяснял адвокат «Роснано» Александр Аснис, дело в отношении Уринсона было возбуждено в 2013 году, потом его объединили с делом Леонида Меламеда, при этом Уринсон все это время оставался в статусе подозреваемого без предъявления обвинений.

Сергей Дубинин

Должность в РАО «ЕЭС России»: первый зампред правления, финансовый директор

В РАО ЕЭС бывший председатель ЦБ пришел из «Газпрома», где курировал вопросы, связанные с банками и ценными бумагами. В РАО Дубинин занимался привлечением внешних инвестиций в компанию. После ухода Дмитрия Журбы стал финдиректором РАО.

Жизнь после РАО: был председателем наблюдательного совета ВТБ (сейчас продолжает входить в совет), входил в комитет по стратегии «Роснано».

Александр Чистяков

Должность в РАО «ЕЭС России»: член совета директоров, первый зампред правления ФСК ЕЭС

Жизнь после РАО: Вместе с Андреем Раппопортом в 2009 году приобрел три лицензии на месторождения с запасами 1,5 млрд баррелей нефти в ХМАО, на основе которых была создана нефтяная компания Ruspetro. Одержал победу в судебном споре с Еленой Батуриной из-за нереализованного проекта в сфере недвижимости в Марокко. Муж певицы Глюкозы.

Валентин Завадников

Должность в РАО «ЕЭС России»: заместитель председателя правления, курировал вопросы реструктуризации компании и кадровую политику.

Известный как руководитель одного из пилотных проектов приватизации, свободной экономической зоны «Находка», Завадников пришел в РАО ЕЭС почти одновременно с Чубайсом и должен был стать из ключевых менеджеров компании. Однако уже в 2001 году ему пришлось уйти. 

Жизнь после РАО: Завадников покинул РАО в связи с переходом в Совет Федерации — он стал сенатором от Саратовской области (проработал в этом качестве до 2012 года). Завадников — акционер одного из первопроходцев рынка мусоропереработки — компании «Эко-Система». Партнер-учредитель Московской школы управления «Сколково». 

Владимир Аветисян

Должность в РАО «ЕЭС России»: член правления, управляющий директор

Выходец из самарских энергетических компаний, Аветисян вошел в правление РАО ЕЭС в 2004 году. В энергохолдинге он оставался до самой ликвидации РАО. На завершающем этапе работы холдинга Аветисян был одним из самых публичных его топ-менеджеров, поскольку курировал продажу инвесторам всех выделившихся из РАО «ЕЭС»  генерирующих компаний. 

Жизнь после РАО: В 2008 году возглавил созданный «Ростехом» холдинг «Автоваза» по производству автокомпонентов — «Объединенные автомобильные технологии». Как и многие бывшие топ-менеджеры РАО ЕЭС, впоследствии продолжил карьеру в «Роснано» — в 2013 году он возглавил один из трех инвестиционных дивизионов госкорпорации, а затем стал куратором проектного центра по созданию и управлению новыми инвестфондами.