В офис крупнейших российских рыбопромышленников пришел Следственный комитет

В мурманском офисе рыбопромышленной компании «Норебо» сотрудники Главного следственного управления Следственного комитета (ГСУ СК) по Москве на прошлой неделе проводили обыски, допрашивали сотрудников, изымали серверы и компьютеры. Об этом сообщила сама компания.

Основанием послужило заявление сооснователя компании Александра Тугушева, бывшего замруководителя Госкомрыболовства России. Он претендует на долю в группе «Норебо», по ее данным. В заявлении Тугушев изложил факты о хищении его имущества, а именно долей и акций в компаниях группы «Норебо», объяснил представитель экс-чиновника. В итоге 25 июля 2018 г. ГСУ СК по Москве возбудило уголовное дело по статье «Мошенничество» (ст. 159 УК), добавил он и подтвердил сотрудник следственных органов. Представитель ГСУ СК по Москве от комментариев отказался.

«Норебо» – крупнейшая рыбодобывающая компания в России: в 2017 г. она выловила почти 600 000 т рыбы и морепродуктов. Ее выручку за прошлый год Forbes оценил в 56,1 млрд руб., а актуальное состояние ее владельца Виталия Орлова – в $900 млн.

Конфликт между Тугушевым и Орловым длится несколько лет. По мнению Тугушева, он, Орлов и еще один партнер – Магнус Рот в 1998 г. создали совместное предприятие, на базе которого впоследствии была создана группа «Норебо»; каждый из партнеров получил треть компании. Пять лет спустя Тугушев стал замначальника Госкомрыболовства. «После назначения Тугушев отказался от своей управленческой роли, но сохранил свою долю участия и интерес к группе «Норебо», – утверждается в иске экс-чиновника, который параллельно с расследованием в России рассматривает Высокий суд Лондона. Его Тугушев подал к Орлову, Роту и сотруднику «Норебо» Андрею Петрику: те, по его мнению, вступили в сговор и лишили его доли в компании. Тугушев просит лондонский суд восстановить его право на долю в «Норебо», стоимость которой он оценивает в $350 млн. Позиция Орлова по этому вопросу такова: перед тем как стать чиновником, Тугушев продал акции и больше они не были партнерами, заявлял ранее бизнесмен.

В 2004 г. Тугушева арестовали по статье «Мошенничество» и впоследствии приговорили к шести годам лишения свободы. В декабре 2009 г. он вернулся на работу в «Норебо» и узнал об изменениях в структуре бизнеса компании, сказано в лондонском иске, но, по заверениям Орлова, Тугушеву по-прежнему принадлежала треть группы «Норебо». В обеспечение иска Тугушева Высокий суд Лондона в июле заморозил активы Орлова на $350 млн.

Как показало расследование ГСУ СК по Москве, не позднее 10 октября 2008 г. неустановленные лица составили договор купли-продажи, в который внесли ложные данные о продаже Тугушевым акций одной из структур ГК «Норебо», «Альмор Атлантика»: 20 318 акций достались подконтрольному участникам преступной группы «Норебо инвесту», а 14 510 переданы на баланс самой «Альмор Атлантика». Об этом сказано в постановлении о возбуждении уголовного дела (с его копией ознакомились «Ведомости», достоверность документа подтвердил источник в правоохранительных органах). Кто организовал передачу акций, в постановлении не указано. Известно, что в итоге Орлов и Рот остались владельцами группы «Норебо». В мае 2016 г. Орлов выкупил и долю Рота, став единственным владельцем.

Ущерб Тугушева от незаконной сделки по продаже акций «Альмор Атлантика» составил почти 1,5 млрд руб., указано в постановлении ГСУ СК по Москве. По мнению представителя «Норебо», Тугушев «срежиссировал этот рейд, чтобы нарушить деятельность группы и причинить ей ущерб». Требования экс-чиновника о восстановлении прав на пакет акций в капитале «Норебо» он называет «необоснованными». Тугушев не имеет никакого отношения к следственным действиям и не располагает информацией о них, заявил его представитель.

Это типичная ситуация, когда заявитель добивается защиты прав в двух процессах – в Лондоне по гражданскому иску и в России в ходе уголовного дела, связанных с одними и теми же событиями, считает руководитель правового департамента А1 Александр Заблоцкис. Расследование российскими правоохранительными органами уголовного дела может в конечном итоге помочь выяснить все обстоятельства спорных событий, в том числе отчуждения спорной доли в «Норебо», о правах на которую заявляется в иске в лондонский суд, рассуждает эксперт. Правда, в случае жалоб ответчика столь масштабные действия российских правоохранителей, как, например, обыски, изъятия документов и др., могут быть негативно оценены Высоким судом, продолжает Заблоцкис: суд может посчитать, что на ответчика за счет уголовного преследования оказывается давление, чтобы склонить к уступкам.