Удодов, Костин и Михась: кто отмывает свою репутацию в рунете

Общество

Удодов, Костин и Михась: кто отмывает свою репутацию в рунете

Как отмывают репутацию в рунете.
19.03.2020

Говорят, в России нет института репутации. В каком-то смысле это правда. И все же многие озабочены ее чистотой — особенно в интернете. Зачистить выдачу поисковиков, удалить компрометирующие сведения из СМИ или «Википедии», забить негатив позитивом — все это теоретически возможно. Рассказываем, что получается на практике. 

У кого есть право на забвение 

С 2016 года в России действует закон о праве на забвение, который позволяет людям и компаниям требовать от «Яндекса», Google и других поисковиков скрывать в выдаче информацию, которая им не нравится. Свежий пример: в конце февраля предприниматель Александр Удодов, родственник премьер-министра Михаила Мишустина, добился зачистки результатов поиска по запросам «александр удодов», «александр удодов обыск», «александр удодов налоги», «александр удодов ндс» и другим подобным. 

В частности, в поисковиках потерялась статья «Коммерсанта» почти десятилетней давности, которая рассказывает о попытках сотрудников СК «обыскать квартиру на Халтуринской улице, где проживает официально безработный, но много решающий в налоговой сфере Александр Удодов». 

В начале марта, когда готовился этот текст, выдача «Яндекса» почему-то уже не фильтровалась. После того как The Bell поинтересовался у представителя компании, с чем это связано, дисклеймер, предупреждающий о том, что «часть результатов поиска скрыта в соответствии с федеральным законом от 13.07.2015 № 264-ФЗ», вернулся. Но статья «Коммерсанта» теперь находится. Материалы других изданий (от «Открытых медиа» до «Компромата»), в которых говорится, что в начале 2010-х Удодов мог быть причастен к аферам с возвратом НДС, поисковики тоже показывают. 

Не только у Удодова возникают проблемы с реализацией законного права на забвение. Один из первых известных случаев его применения — удаление из поисковой выдачи упоминаний Сергея Михайлова в связке с Солнцевской ОПГ, которую он, как утверждали СМИ, возглавлял с конца 1980-х, а также прозвищем Михась, которое ему приписывали. 

Весной 2016 года поисковики начали фильтровать выдачу по запросам «сергей михайлов михась», «сергей михайлов михась солнцево», «сергей михайлов солнцево» и подобным. Часть материалов с тех пор скрыта, но первой по запросу «сергей михайлов» Google и «Яндекс» выдают ссылку на «Википедию», где Михайлов назван «российским предпринимателем, которого считают одним из самых влиятельных представителей преступного мира по кличке Михась». 

Чтобы воспользоваться правом на забвение, нужно доказать, что опубликованная информация недостоверна, неактуальна, утратила значение или нарушает закон. Четких критериев неактуальности и недостоверности нет. Фактически поисковики должны определять это сами. Единственное, что в законе прописано четко: новости об уголовном преследовании удалять нельзя — это общественно значимая информация. 

В 2017 году правом на забвение воспользовалась экс-министр сельского хозяйства Елена Скрынник, причем добилась своего она через суд. Скрынник требовала удалить из выдачи упоминания о том, что она якобы связана с отмыванием денег. Пока не было судебного решения, «Яндекс» направлял отказы, но решение Одинцовского суда вынудило его пойти на блокировку.  Тем не менее по запросу «скрынник отмывание» в «Яндексе» находится десяток ссылок с текстами на эту тему.  

Партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Екатерина Тягай называет несколько причин сбоев в работе этого механизма.

На момент обращении к поисковику у заявителя недостаточно доказательств того, что информация в сети неактуальна, недостоверна или утратила значение, — это самая частая причина.

Практика судов по таким делам не единообразна. Например, в 2019 году в Москве принимались решения о том, что «Яндекс» не может отвечать за сторонние сайты, поскольку работает по принципу «автоматического индексирования общедоступной информации». Но есть и примеры решений, в которых этот довод признан несостоятельным.

Если заявитель не добился удаления информации от поисковика и пошел в суд, часто возникают сложности с определением ответчика. Например, чиновники обращаются в Mail.Ru Group с требованиями удалить ссылки на видео из YouTube с названиями вроде «Федеральный чиновник снимает проституток». 

Есть случаи, когда  требование о забвении к поисковику отправляется вместе с иском о защите чести, достоинства и деловой репутации в суд. Здесь практика лучше — если суд признает информацию порочащей честь и достоинство, то поисковик, скорее всего, удовлетворит требование. 

Статистику по реализации права на забвение поисковики публиковали лишь однажды: весной 2016 года, когда закон действовал всего полгода. «Яндекс», согласно его отчету, получил 3600 обращений, удовлетворил 27%. Google получил 1585 запросов на удаление 6863 адресов, удалил 26,8%. 

Что решит суд 

29 ноября 2018 года в екатеринбургском отеле Hyatt Regency полицейские задержали местного блогера Александра Устинова. О причинах задержания стало известно из заявления машиностроительного завода «Вентпром» из города Артемовск Свердловской области: группа лиц во главе с Устиновым «распространяла ложные сведения в отношении руководства завода, губернатора Свердловской области Евгения Куйвашева и других высокопоставленных политиков и бизнесменов», а потом «занималась вымогательством» в обмен на их удаление. 

Лишь в начале февраля 2020 года следствие предъявило Устинову и двум его знакомым обвинения: по ч. 4 ст. 159 УК «Мошенничество в особо крупном размере» (заявители — завод «Вентпром» и представитель компании «Сима-ленд» Николай Чуфаров); по ст. 163 УК «Вымогательство» (заявитель — Архангельский целлюлозно-бумажный комбинат); по ч. 5 ст. 128.1 «Клевета» (заявители — представители банка ВТБ) и по ст. 242 УК «Незаконные изготовление и оборот порнографических материалов или предметов» (потерпевшим признан депутат Госдумы Александр Хинштейн). 

«Когда заказчик просит посадить журналюгу, я честно отвечаю, что могу, но только там, где есть связи в полиции, — в моем случае это отдельные районы Московской области, — рассказал The Bell владелец одного из агентств, специализирующихся на очистке репутации в интернете. — Просто так полиция не берется за такие дела, потому что много мороки: сначала надо доказать клевету, потом — мошенничество или вымогательство. При этом по клевете не требуют достигать определенного процента раскрываемости, как по кражам, убийствам или наркотикам». 

Статья о клевете была в УК всегда — еще со времен СССР. Она предусматривала ответственность в виде лишения свободы на срок до двух лет, вспоминает Галина Арапова, руководитель Центра защиты прав СМИ. В 2011 году уголовную ответственность отменил Дмитрий Медведев — клевету и оскорбление перенесли в КоАП. Но, когда его сменил Владимир Путин, клевета вернулась в УК.

«Движение в сторону декриминализации диффамации было долгим и планомерным, — говорит Арапова. — Путин же распорядился вернуть уголовную ответственность ровно через месяц после инаугурации. Лишения свободы как санкции теперь нет, но штрафы выросли многократно. Максимальный — 5 млн рублей. Мы единственная страна в мире, которая сначала декриминализовала уголовную ответственность за клевету, а потом вернула ее обратно в более жестком виде буквально через полгода».

Доказав в суде факт клеветы, можно подключить к очистке репутации Роскомнадзор: отправляете решение — и требуете блокировки конкретных материалов. Поисковую выдачу, имея решение суда, зачистить тоже будет проще. 

Схему с Роскомнадзором некоторое время назад активно использовали юристы ВТБ. Госбанк организовал блокировку примерно тысячи материалов, в которых рассказывалось об отношениях главы ВТБ Андрея Костина и журналистки ВГТРК Наили Аскер-заде. 

Другое дело, что именно в случае Костина и Аскер-заде массовые блокировки задачу, кажется, не решили. СМИ еще долго писали о беспрецедентной зачистке рунета, называя каждый раз ее причину. Уже около года ВТБ не пытается блокировать публикации с упоминанием Костина через суд. 

Единственный репутационный иск от ВТБ в этом году поступил к «Поволжской шинной компании» за публикацию намерения подать иск о банкротстве госбанка в Федресурсе (реестр сведений о деятельности юрлиц). Разбирательство по этому делу продолжается. 

Зачистка «Википедии» 

Для публичного человека статья в «Википедии» — один из имиджеобразующих элементов.

Например, статьи об Александре Удодове и Михаиле Мишустине в разное время активно правил пользователь, использующий ник «Невпервой». Статью об Удодове он же летом 2018 года и добавил. Также «Невпервому» доводилось править статью об Андрее Костине. 

Во всех случаях «Невпервой» удалял или переписывал неудобные для их героев факты. Например, он добивался удаления из раздела «Критика» статьи о Мишустине деталей уголовного дела в отношении сотрудников ФНС, которые есть в статье «Коммерсанта» — той самой, которая, похоже, не нравится Александру Удодову. 

«Никаких нарушений закона со стороны налоговиков СКР не обнаружил вообще. Ну и спрашивается, при чем тут Мишустин? — писал “Невпервой” в обсуждении статьи еще в 2013 году. — А критику если хотите добавлять, то, пожалуйста, ищите прямую и корректную, а не туманные полунамеки с враньем вперемешку». 

Там же «Невпервой» замечал: «Обвинения в адрес Удодова опровергнуты судом и не могут приводиться в статье о Мишустине». 

Из статьи о Костине «Невпервой» в 2015 году требовал удалить упоминание его второго сына Егора — на том основании, что в официальной биографии госбанкира сын не упоминается. 

«Персоналия не обязана базироваться лишь на тексте официальной биографии Костина, “Википедия” — это не официоз», — ответил администратор. 

«Невпервой» не согласился: «В статье про Божену Рынску в абсолютно аналогичной ситуации вы занимали прямо противоположную позицию. Не потому случайно, что она из оппозиции, а в случае Костина, как вы изволили выразиться, “речь идет о главе крупнейшего системообразующего банка в государстве”?» В результате этой войны правок «Невпервого» на время заблокировали. 

Здесь мы рассказывали, как статьи в «Википедии» правили в интересах бизнесмена Артема Аветисяна — он не хотел, чтобы его ассоциировали с делом Baring Vostok. 

Старый добрый компромат 

За последние несколько лет в делах о защите репутации более одного раза фигурировали сайты The Moscow Post (о нем The Bell подробно рассказывал здесь), «Компромат», «Ньюс Пул», «Национальные интересы», «Московский монитор». Все они специализируются на публикации компромата. Самое популярное издание в этой нише — «Компромат» — неоднократно блокировалось Роскомнадзором, но каждый раз сайт просто переезжал на новый адрес. Со всеми этими изданиями можно договориться о снятии публикаций за деньги. 

Корреспондент The Bell обратилась по указанному на сайте «Компромата» электронному адресу, представившись юристом героя свежей разгромной заметки, и поинтересовалась стоимостью ее удаления. Ответ пришел оперативно: удаление опубликованного материала стоит $200. Меньше, чем можно было ожидать. Но уже через минуту представитель «Компромата» уточнил, что это опечатка — заплатить придется $2000. 

Если у героя негативных материалов нет своих пиарщиков и юристов, очистку репутации можно отдать на аутсорс. Есть компании, которые на этом специализируются. Впрочем, особенная квалификация здесь не требуется. 

Удаление материала стоит от 5 до 600 тысяч рублей, полная очистка «кармы» клиента — от 1 млн рублей до бесконечности, в зависимости от сложности, рассказал The Bell владелец компании, которая оказывает весь спектр таких услуг. Юридические компании, как правило, оценивают эту работу согласно стандартным тарифам: до $5 тысяч за работу квалифицированного юриста по одному кейсу. 

Удаляя негативные статьи, одновременно часто размещают и вкладываются в продвижение хвалебных. Например, за последние два месяца появился десяток позитивных публикаций об Александре Удодове, основанных на одних тезисах: «принадлежит к тому типу деловых людей, которые хорошо умеют улавливать тенденции»; «развивает отечественную экономику»; «находится в хорошей спортивной форме».