Слава Макаров из Wargaming въедет на танке в политику

Общество

Слава Макаров из Wargaming въедет на танке в политику

Зачем автор World of Tanks создает собственную партию.
20.01.2020

Один из авторов игры World of Tanks Слава Макаров уволился из компании Wargaming ради политической карьеры. Он создает «Партию прямой демократии», чтобы поучаствовать в региональных выборах, а потом замахнуться на Госдуму. Макаров надеется привлечь избирателей мобильным приложением на блокчейне, через которое они будут определять ее позицию по любым вопросам. Один из соратников Макарова GR-консультант Wargaming Тимофей Шевяков в прошлом был известным околокремлевским политтехнологом. О том, что за новой партией может стоять администрация президента, говорят источники «Медузы». Но Макаров это отрицает. Зачем тогда ему все это нужно, он рассказал в интервью The Bell. 

«Проще не строить новое, а починить то, что есть»

— Как вам последние новости? 

— Идею всенародного голосования мы, конечно, одобряем. Независимо от его целей. Идея спросить народ о чем-то соответствует нашей программе. В остальном… Планируется убрать дырку, которая позволила Владимиру Владимировичу [Путину] становиться президентом больше двух раз. Это, наверное, должно кого-то порадовать. Остальное звучит как уменьшение роли президента, увеличение роли Госдумы и Госсовета. Будет ли это так на самом деле? Надо будет прочитать финальные формулировки. Здесь каждое слово значимо. 

— А отставка правительства? 

— Отставка правительства? Ну отставка правительства. Поскольку радикально неожиданной фигуры в качестве главы правительства не появилось, скорее всего, это на ход событий повлияет примерно никак. 

— То есть ваc не удивило назначение Михаила Мишустина? 

—  Не ожидал этого, конечно. Но я не погружен в кремлевские портфельные игры — совсем другими вещами в жизни занимаюсь. 

— А политические взгляды у вас есть? 

— Знаете, сама идея дать людям возможность высказываться напрямую, минуя буфер в виде нескольких слоев представительной демократии, кажется мне вполне сильной политической программой. 

— И правые, и левые могут такого хотеть. Да кто угодно. 

— Сейчас, я подозреваю, никто этого не хочет, потому что это ломает статус-кво. 

— И все-таки, к какому-то лагерю вы тяготеете? 

— Нет, я достаточно аполитичен. Это, может быть, забавно звучит — от человека, который решил делать партию. Но я не очень верю в ценность идей — меня больше интересует реализация конкретных вещей, которые за ними стоят. Левые, правые… Если всмотреться в детали, окажется, что в России, США и Европе это совершенно разные люди с совершенно разными взглядами. А детали важнее общих слов. 

— А политическое устройство вам какое больше нравится? Вот мы жили долгое время в президентской республике, а теперь у нас с высокой вероятностью будет парламентско-президентская. 

— Между этими двумя механизмами может не оказаться никакой разницы — все зависит от фигур, которые в них будут вовлечены. А людям вообще принципиальны другие вещи: как работает налоговая система, на что тратятся деньги, каким видам бизнеса проще жить, каким — сложнее. 

— Мы перешли к экономике. А экономические взгляды у вас есть? Как должен жить бизнес, как должны жить люди? Сколько налогов должны платить те и другие? 

— В мире много разных систем, хорошо работающих — несколько. Если мы посмотрим, например, на Азию, Японию и Корею, там системы построены вокруг громадных компаний: дзайбацу и чеболей. Вот Samsung — типичный корейский чеболь, занимающийся примерно всем. Сегодняшняя Россия с ее госкорпорациями близка к чеболевой модели экономики. Может ли такая система работать хорошо? Пример Кореи говорит нам, что может. Проще ли будет довести до корейского уровня нашу систему или лучше разрушить ее и построить другую? Я думаю, проще починить то, что есть. 

— То есть вы за госкапитализм, но более эффективный. 

— Я просто предвижу, что мы нахлебаемся немало горя, если начнем что-то строить с нуля. Кроме того, опыт других государств показывает, что существующая система не безнадежна. 

— Здесь можно провести аналогию с геймдизайном? 

— Да-да, конечно. С играми — хорошая аналогия. Существует большое количество хорошо работающих дизайнов игр. То есть ответов на вопрос «Как жить хорошо?» достаточно много. Когда мы принимаем решение о разработке новой игры, мы садимся и смотрим, какие у нас есть ресурсы и что с этими ресурсами мы можем сделать хорошего, выбираем исходя из этого тип игры. С экономикой то же самое. 

— И тип игры должны будут выбрать избиратели — через приложение, которое вы создадите. Верите, что это возможно? 

— Если мы последовательно проведем несколько решений и люди увидят, как они сказываются на их жизни, голосования довольно быстро должны стать весьма разумными. По крайней мере, если мы с вами верим в людей. Если мы считаем людей не способной принимать решения массой, то да, наверное, ничего не получится. 

— Если мы с вами немного либертарианцы, то верим, конечно. 

— Вот я верю. Я даже, наверное, не немного. 

— Ага. Значит, вы либертарианец, который за госкапитализм. 

— Вы так говорите, как будто в этом есть что-то плохое. Я за работающие системы, за системы, которые сделают жизнь человека лучше. 

«Идея родилась, когда мы собрались за неким количеством разнообразных напитков»

— Вы уже рассказывали, что эта история началась с того, что вы и ваши хорошие знакомые оказались участниками пленарной сессии «Электронная демократия: риски и перспективы» на Евразийском экономическом конгрессе в декабре. 

— Все верно. 

— Ваш соратник Тимофей Шевяков, консультант Wargaming по GR, был модератором сессии. Как вас туда занесло, кто сформулировал тему? 

— Тему предложил один из организаторов конгресса Алексей Пилько. Он тоже теперь участвует в «Партии прямой демократии». Что касается темы, тогда как раз шла подготовка к выборам в Мосгордуму. 

— А, электронное голосование… 

— Да. Хотелось поговорить об этом, но в процессе тема расширилась. Олег Артамонов, который тоже теперь наш товарищ, поднял вопросы технического характера, они потянули за собой философские. Когда стало понятно, что технология уже существует, но применяется достаточно слабо, ограниченно и не очень правильно, мы решили подумать, как сделать хорошо. 

— До этой дискуссии идеи партии еще не было? 

— Идея родилась в процессе подготовки к дискуссии, когда мы собрались обсудить формат за неким количеством разнообразных напитков. Дальше, когда мы кое-что рассказали в наших фейсбуках, нас очень активно начали подначивать на предмет того, что мы сами ничего не делаем. Ну мы и решили: а давайте сделаем. 

— Кто вас подначивал? 

— Да просто комментаторы. 

— Тимофей Шевяков — консультант Wargaming по GR. Зачем Wargaming нужен GR? 

— Принимаются разнообразные законы, связанные с интернетом. Например, закон Яровой. Время от времени нам нужно прояснять для себя порядок их применения. Тимофей нам с этим помогал. Ровно так же у нас есть консультанты, которые помогают нам разбираться с европейским законодательством. Что-то я все время говорю «мы». Привычка… 

— А само российское государство когда-нибудь проявляло интерес к большой аудитории World of Tanks? 

— Интерес, может, и был, но Wargaming старается быть аполитичным — это большая международная компания. Вот прям совсем аполитичным. 

— А вы пошли в политику. Анонсируя создание партии, вы уже понимали, что уйдете из компании? 

— У меня было понимание, что в какой-то момент, если история будет развиваться успешно, уйти придется. Потому что на все не будет хватать времени. Поскольку мы сразу зашли шумно и хорошо, очень много людей откликнулось, стало понятно, что шансы собрать съезд партии достаточно велики, я осознал, что надо заниматься этим всерьез. На то и на другое мне не хватило бы времени. «Танки» — это большая работа. 

— Ваши товарищи по партии тоже уйдут с работы? 

— Пока это только мое решение. 

— Как компания отреагировала на шум, который вы произвели? 

— Разнообразно. Кто-то одобрил, кто-то — нет. 

— А [сооснователь Wargaming] Виктор Кислый что вам сказал? 

— Виктор отреагировал достаточно спокойно. Не то чтобы он хотел запретить мне этим заниматься. Он только спросил, будет ли это мешать работе. Я честно признал, что, скорее всего, с учетом текущей загрузки будет мешать. 

— А вы были прямо очень сильно загружены World of Tanks в последнее время? 

— Да, это большая работа. Я постоянно был вынужден реагировать на разные неурядицы, принимать решения о дальнейших шагах. 

«Не пытаюсь обращаться к аудитории World of Tanks»

— В конце прошлого года вы говорили в одном из интервью, что «пик развития проекта давно пройден» и компания делает ставку на новые игры. 

— С «Танками» все хорошо. Мы отлично провели прошлый год, аудитория стабильна. Вряд ли проект в ближайшее время начнет себя чувствовать плохо, но и аудиторию он уже сильно не увеличит. 

— Почему? 

— Более-менее все, кому это интересно и важно, в «Танки» уже поиграли. 

— Сколько у World of Tanks сейчас активных игроков в России? 

— Миллионов пять заходят минимум раз в неделю. 

— Вы, наверное, достаточно хорошо должны себе представлять этих людей. Чего они хотят? 

— Пять миллионов! Они хотят всего. Это совершенно разные люди. 

— То есть вы не представляете, что произойдет, когда они установят себе приложение «Партии прямой демократии» и начнут через него что-то предлагать. 

— Я не пытаюсь обращаться к аудитории World of Tanks. Я перестал заниматься этим проектом, эта история закончилась, все. Это прям важно: наш проект нацелен на людей, которые хотят иметь своих представителей в Госдуме. Учитывая, насколько широко мы анонсировали наш запуск, думаю, все люди, которым хоть немного интересна политика, о нас узнали. Никакие игровые каналы мы при этом не задействовали. 

— У вас ближайшая цель — провести съезд в начале марта. Вы назвали бюджет: $1 млн. 

— Деньги на проведение съезда собираются собрать мои коллеги. Я готов потратить $1 млн — это бюджет на разработку приложения. 

— Почему именно миллион? 

— Я просто на глазок прикинул, сколько это может стоит. 

— А сроки? 

— Нормальная голосовалка с поддержкой разных каналов коммуникации — это не меньше года. Ранняя версия может появиться через несколько месяцев. Это довольно важный момент. В IT нельзя закончить разработку. Всегда будет что-то, что можно сделать лучше. 

— Вы говорили, что этот миллион — ваши личные деньги. Это много, а вы все-таки не совладелец компании. Вы долго откладывали или, может быть, удачно вложились в крипту? 

— У меня была довольно приличная зарплата. 

— Какая, если не секрет? 

— Секрет, конечно. Но возможность откладывать была. 

— Люди на позициях вроде вашей обычно получают десятки, но не сотни тысяч долларов в месяц… 

— Просто эти люди не сделали игру World of Tanks, а я сделал. Большая разница.