Сергей Деревянко получал от «королей госзаказа» вдвое больше Захарченко

Чиновники

Сергей Деревянко получал от «королей госзаказа» вдвое больше Захарченко

Расшифровка показаний банкира Горбунцова по делу полковника-миллиардера.
13.12.2019

Дмитрий Захарченко был не единственным получателем взяток от группы «1520», выводившей за рубеж деньги от подрядов РЖД. В распоряжение ПАСМИ попала расшифровка опроса сбежавшего в Лондон банкира Германа Горбунцова, где он называет еще ряд имен бывших и действующих высокопоставленных сотрудников силовых органов, связанных с обнальщиками. Причем один из них — бывший начальник ГУ МВД по ЦФО, экс-заместитель начальника главного управления собственной безопасности МВД России Сергей Деревянко, судя по всему, получал от «королей госзаказа» за покровительство вдвое больше, чем знаменитый полковник-миллиардер. Подробности — в показаниях Горбунцова, которые взял его адвокат Вадим Веденин на Кипре летом 2017 года.

«С 2000 года я работаю в банковской сфере. Вначале я являлся одним из участников «Интерус-банка», однако в 2001 году перестал им являться в связи с возникшими у меня разногласиями с иными участниками.

С 2002 по 2010 год я являлся председателем Совета директоров подконтрольного мне банка «Индустриальный кредит», имел долю участия в уставном капитале 50%, другими участниками данного банка являлись Васильев Юрий Александрович, с которым я знаком примерно с 1995 года. Васильев Ю.А. ранее работал в ФСБ РФ, с его слов — был внедрен в «подольскую» и «измайловскую» преступную группировку и в дальнейшем стал контролировать там вопросы безопасности. Между мной и Васильевым Ю.А. были достаточно доверительные деловые отношения (мы даже были соседями до 2009 года, наши загородные участки имели общий забор) в результате чего Васильев Ю.А. регулярно сообщал мне различную информацию, относящуюся к разряду секретной (про его внедрение в преступную группировку, работу «под прикрытием», материалы разработок ФСБ в отношении преступных авторитетов, сводками ПТП) или сугубо конфиденциальную, в том числе содержащую сведения о каких-то незаконных действиях. Еще одним моим партнером по банку «Индустриальный кредит» был Драган Константин Маратович, совладелец издательского дома «Дрофа».

Параллельно с этим (в период 2002 по 2010) я как лично, так и через подконтрольные юридические лица являлся участником следующих банковских организаций:

— «Интерпрогрессбанк» — 50% в уставном капитале принадлежало мне, остальную часть уставного капитала контролировали Крапивин А.В., Ушерович Б.Е. и Маркелов В.А., данное участие сложилось после моего знакомства с указанными лицами, с которыми мы совместно приобретали данный банк;
— «Столичный торговый банк» — 50% в уставном капитале принадлежало мне, остальную часть уставного капитала контролировали Крапивин А.В., Ушерович Б.Е. и Маркелов В.А. путем его покупки у меня после нашего знакомства;
— «ЗАТО-БАНК» (100% в уставном капитале);
— «Инкредбанк», позже переименован в банк «Балтика» (100% в уставном капитале).
— «Юниверсал Банк оф Молдова» (87% в уставном капитале), также являлся в нем Председателем Совета директоров.

Могу пояснить, что «Интерпрогрессбанк» и «Столичный торговый банк» приобретались у известного в банковских кругах банкира Антонова Александра Юрьевича.

Примерно с 1995-96 года я знаком с Менделеевым Сергеем Владиславовичем, с которым у меня сложились деловые и рабочие отношения. Менделеев С.В. является опытным работником банковской сферы, в период с 2006 по 2010 он фактически курировал весь блок клиентских отношений в «Столичном Торговом банке» и лично отвечал за все отношения с группой Крапивина, Маркелова, Ушеровича и единственный понимал весь обьем операций с ними, включая теневые. Впоследствии (в 2011 году) он перенес все операции в «Инвестбанк» который приобрел у Антонова Владимира Александровича (сына Антонова А.Ю.).

Примерно в 2004 году, когда Менделеев С.В. сочетался браком с Антиповой Екатериной Станиславовной, я был приглашен на его свадьбу, которая проходила на территории ресторана «Шоколад». Было очень много гостей, среди которых оказались ранее мне незнакомые Маркелов Валерий Анатольевич и Ушерович Борис Ефимович. Менделеев С.В. специально посадил указанных лиц за один стол со мной, чтобы мы познакомились.

Через Маркелова и Ушеровича в дальнейшем состоялось мое знакомство с Крапивиным Андреем Викторовичем, который был представлен мне как главный финансист РЖД. Встреча произошла в офисе Ушеровича на Старой Басманной улице, д.14/2 стр.4.

С момента моего знакомства с Ушеровичем, Маркеловым и Крапивиным между нами завязались деловые отношения, основанные на предоставлении им банковских услуг силами подконтрольных мне банковских организаций. Так, в принадлежащих мне банках подконтрольные им организации открыли расчетные счета. Кроме того, поскольку бизнес-проекты подразумевали необходимость каких-то гарантий в контроле за движением денежных средств, то группа Ушеровича, Маркелова и Крапивина стала совладельцами вышеуказанных банков (50% в «Интерпрогрессбанке», 50% в «Столичном Торговом Банке»).

У Крапивина, Маркелова и Ушеровича было совместное предприятие — ООО «КУМ» (названо по первым буквам их фамилий), на котором было зарегистрировано большое количество их активов (посмотреть полный список этих активов можно взяв архивную выписку из ФРС и ФНС). На какой-то период времени Крапивин, Маркелов и Ушерович были участниками данного общества как физические лица, а впоследствии (чтобы скрыть свое участие) «спрятались» за кипрской оффшорной структурой — «Рогениал лимитэд» (или созвучное название). По утверждению самого Ушеровича на ООО «КУМ» было собрано активов на 3-3,5 млрд. долларов США. Про ООО «КУМ» я узнал в 2009 году после моего отъезда из России, об этих обстоятельствах я сообщу ниже.

Любитель наличности и дорогих часов

За счет моего длительного общения с Васильевым, Крапивиным, Маркеловым и Ушеровичем мне известны подробности и обстоятельства их деятельности.

В частности, в ходе моего с Васильевым Ю.А. общения я узнал о том, что его близким другом является Сергей Станиславович Деревянко, занимающий высокопоставленные руководящие должности в органах МВД России. В частности, Деревянко точно занимал какие-то руководящие должности в структуре ГУСБ МВД РФ и ГУ МВД России по ЦФО, и в силу своего должностного положения оказывал Васильеву Ю.А. и через него Маркелову общее покровительство в бизнесе, а также в решении сложных уголовных дел. Взамен этого Васильев Ю.А. ежемесячно платил Деревянко 300 тыс. долларов США, оплата осуществлялась в наличной форме, через моего бывшего сотрудника Станкевича Ивана Александровича (который после моего «спешного» отъезда из России перешел на постоянную работу к Ушеровичу).

Выплаты происходили в наличной денежной форме, а также за счет приобретения дорогостоящих подарков. Деньги ежемесячно заказывались (по команде Станкевича) через «Столичный Торговый банк», и передавались курьером или забирались Васильевым лично и в дальнейшем передавалась Деревянко С.С. Непосредственно передачу денег Васильев осуществлял лично, никого к этому не допуская, так как Деревянко С.С., со слов Васильева, очень переживал за личную безопасность и за возможную поимку с поличным сотрудниками правоохранительных органов.

Как рассказывал Васильев Ю.А., Деревянко С.С. является большим ценителем дорогих наручных часов, в связи с чем были случаи, когда вместо наличных денежных средств в интересах Деревянко С.С. по его просьбе оплачивалась покупка наручных часов у Сафониева Сергея Владимировича, являющегося единственным поставщиком в Россию наручных часов эксклюзивных марок. Минимальная стоимость часов никогда не была ниже 100 тыс. долларов США. Как мне известно со слов Васильева Ю.А., у Деревянко С.С. имеется порядка 100 наручных часов, приобретенных подобных образом за чужие денежные средства.

Сам я лично видел Деревянко С.С. в компании с Васильевым Ю.А. несколько раз в ресторане в здании Гостиного двора на улице Варварка г. Москвы. Как мне было известно от Васильева и Ушеровича, Деревянко С.С. также обслуживал за счет своего должностного положения деятельность группы КУМ.

Распределение коррупционных полномочий

Что касается Маркелова, то мне известно от него лично, что он являлся фактически связующим звеном между Крапивиным и Ушеровичем, при этом их группа имела достаточно четкое деление по направлениям деятельности.

Так, Маркелов отвечал за силовую поддержку бизнеса группы КУМ по линии сотрудников правоохранительных органов, поскольку он специально заводил коррупционные знакомства с нужными ему людьми подобной категории, часто проводил с ними досуг в каких-то ресторанах, на футбольных матчах, в бане в районе Комсомольской площади.

Основное взаимодействие с правоохранительными органами курировал именно Маркелов. Если кому-то приходили повестки или запросы по правоохранительным органам, то эти документы отдавали Маркелову для решения вопроса, Маркелов потом говорил, что «инициаторы ошиблись» и больше вопросов не возникало, повторных запросов — не приходило.

Помимо силовой поддержки по линии правоохранительных органов, Маркелов контролировал финансово-хозяйственную деятельность различных юридических лиц (более 400 юридических лиц, их данные можно получить путем изучения информации на представленном мной ноутбуке), которые взаимодействовали и были связаны договорными отношениями с АО «РЖД». Эти юридические лица были как «пустыми» (то есть не вели реальной финансово-хозяйственной деятельности, использовались для обеспечения массовки и видимости конкуренции в конкурсах и тендерах по линии РЖД), так и организации с реальной финансовой и производственной базой.

В частности, компании Маркелова взаимодействовали со структурами РЖД: Департамент капитального строительства (ЦУКС); Департамент корпоративного имущества (ЦРИ); Центр организации закупочной деятельности (ЦКЗ); Дирекция по комплексной реконструкции железных дорог и строительству объектов железнодорожного транспорта (ДКРС); Дирекция по строительству сетей связи (ДКСС).

Во всех этих подразделениях РЖД действовали люди, подконтрольные Маркелову, которые обеспечивали беспрепятственную деятельность структуры Крапивина-Ушеровича-Маркелова (КУМ), связанную с похищением денежных средств РЖД. В частности, Маркелов в период 2005-2006 год организовал целую кампанию для продвижения подконтрольных ему людей на различные должности в системе РЖД. В процессе назначения использовались различные механизмы от запугивания и компрометации до негласного наблюдения и шантажа.

Так же под контролем Маркелова находился «Росжелдорпроект» — единственная организация, которая делала проекты для всех структур РЖД.

В сферу ответственности Ушеровича также входила силовая поддержка группы КУМ по линии правоохранительных органов (за счет имеющихся у него коррупционных знакомств), однако Ушерович, в основном, работал с представителями криминалитета, когда те или иные конкуренты подвергались прессингу со стороны участников организованных преступных группировок, в результате чего имущество конкурентов доставалось группе КУМ за несоизмеримо меньшие деньги относительно его реальной стоимости.

В частности, Ушерович мне неоднократно хвастался, что целый блок промышленных активов (завод по производству шпал, какая-то строительная компания) перешли под его контроль в результате силовых захватов. Именно от Ушеровича или Васильева мне известно, что им в подобной деятельности, в числе прочих лиц, помогал Деревянко С.С., за что Ушерович и Васильев через свои подконтрольные организации организовали фиктивную покупку загородного дома для Деревянко (дом расположен в деревне «Лапино» Одинцовского района Московской области). Как хвастался Ушерович (или Васильев), данный дом расположен на улице, где все дома являются взятками (подарками) различным чиновникам и сотрудникам правоохранительных органов за их покровительство или конкретные действия в интересах Ушеровича и представляемой им группы КУМ.

Каких-то ярко выраженных бизнес-интересов у Ушеровича не имелось, он мог открыть ради интереса какой-то ресторан или бар, а также координировать деятельность каких-то компаний, входящих в группу КУМ.

Что касается Крапивина, то он отвечал за глобальное взаимодействие с АО «РЖД» и за лоббирование перед руководством данной организации каких-то нужных группе «КУМ» решений. Как мне известно от Ушеровича, такая ситуация стала возможной в связи с тем, что в 90-х годах супругу президента РЖД Владимира Якунина похищали какие-то криминальные элементы, а Крапивин через знакомых ему членов организованной преступной группировки добился возвращения жены Якунина обратно, а также наказания или устранения лиц (со слов Ушеровича данный вопрос решал лидер «солнцевской» преступной группировки Виктор Аверин), причастных к этому похищению. После помощи с супругой Якунин стал обязанным Крапивину, за счет чего тот смог лоббировать свои коммерческие интересы. Со слов Ушеровича, Крапивин и Якунин были родственниками (степень родства мне не известна).

Более тесно из всей группы КУМ я общался с Ушеровичем и Маркеловым, с Крапивиным мое общение было в более официальном формате, строилось по следующей схеме: если Крапивин хотел со мной переговорить, то вызывал меня к себе, я сразу же сообщал об этом Маркелову, который срывался ко мне, где бы он ни находился, подробно инструктировал меня, что и как я должен рассказывать Крапивину, и только после этого я ехал на встречу с ним.

Насколько мне известно, члены группы КУМ получали все дивиденды от деятельности подконтрольных им юридических лиц и от иной своей деятельности (в том числе незаконной) в наличной форме, имеется таблица, где структурирован доход каждого из членов группы.

В период с 2001 по 2009 в моем подчинении находились следующие лица: Лефлер Яна Львовна, председатель правления «Инкредбанка», Станкевич Иван Александрович, заместитель председателя правления «Инкредбанка»; Моторин Дмитрий Викторович, заместитель председателя правления «Инкредбанка» (с правом первой подписи финансовых документов).

Силовая поддержка и экономический блок

Из числа сотрудников правоохранительных органов, кто контактировал с Маркеловым и Ушеровичем мне известны следующие лица:

— непосредственно Захарченко Дмитрий Викторович. Знаком с ним лично, о его связи (дружбе) с Маркеловым, к сожалению, узнал поздно, после 2010 года.

— Сергей (сотрудник 7-го Управления ФСБ). Знал лично (не близко), о его дружбе с Маркеловым узнал от Чувилина П.Ю, который тоже с ним дружил.

— Александр Парфенов (хоть и не действующий сотрудник, но «правая рука» Дениса Сугробова, у него был свой кабинет в ДЭБе (ГУЭПиПК). Про Парфенова мне рассказывал и Захарченко Д.В., говоря, что знаком с данным лицом, и что все свои вопросы с Сугробовым он (Захарченко) решал именно через Парфенова. Лично не знал, но очень много слышал о нем от Захарченко, который много раз предлагал с ним познакомиться. Я отказался, т.к. не видел смысла.

— Геннадий Фролов (работал в ГУЭБ, потом в ГУ МВД России по ЦФО), отвечал за «воровскую линию» и за связь с криминалом, все аналогичные вопросы решались через него. Много раз слышал о нем от Захарченко.

— Юрий Шапошников, он же «Зиновьевич» (бывший сотрудник МВД, друг Захарченко и Парфенова, ранее работал с Сугробовым в УВД САО), потом работал в Военно-промышленном банке. Отвечал за сохранность наличных денег, получаемых в банках. Имел поддержку из числа действующих полицейских для обеспечения безопасности в перевозке денег. Мог осуществлять негласное наружное наблюдение по заданиям группы КУМ. Лично его не знал. Несколько раз видел его в «Инкредбанке» (он иногда заезжал к Моторину). Слышал про него много от Захарченко и Моторина.

— Забеднов Дмитрий ( в настоящее время умер), сотрудник ГУЭБа, выходец из САО, друг Сугробова и Станкевича, близкий друг Захарченко Д.В., имел пристрастие к кокаину. Решал вопросы по уголовным делам, предупреждал о силовых акциях по банкам (например — по Столичному торговому банку). Встречался с ним на дне рождения у Станкевича и много раз случайно. Близких контактов не было.

— сотрудник «Гламурный» (фамилия вроде бы Солодовников). Со слов Станкевича, Солодовников и Станкевич женаты на сестрах. Имел устойчивое пристрастие к кокаину. Видел его часто, знал номер телефона (сейчас он у меня не сохранился), но по этому номеру не не звонил — не было повода. Один раз он меня очень профессионально проконсультировал по алкогольной теме. Станкевич говорил что Солодовников у него на «заработной плате» (то есть каждый месяц получает какую-то сумму в качестве взяток за свое общее покровительство).

— Сергей Терентьев, помощник Деревянко (на тот момент Деревянко был замом в ГУСБ). Устраивал все силовые акции (выбивал денежные невозвраты, обеспечивал силовую поддержку встреч), выходец из САО. Лично не знаком, но банки часто им пользовались. Особенно «СТБ». Менделеев и сам не брезговал выдачей кредитов за откат.

— Антоненко Дмитрий (партнер Захарченко по какому-то ресторану на Арбате — неточно, сотрудник ГУЭБа). Лично с ним я не общался, что входило в сферу его интересов — неизвестно. Об Антоненко я знал со слов самого Захарченко, который говорил, что изначально у них был конфликт, но потом они стали плотно общаться.

— Алексей Глебович Зеленцов (в настоящее время он является заместителем начальника УЭБиПК ГУ МВД РФ по Москве), кличка «Студент», занимается дзюдо, группа КУМ спонсировала его поездки в Америку на соревнования. Общаться начали относительно недавно, зацепили на каких-то уголовных делах из ЮАО г. Москвы. О его связи с группой КУМ я узнал уже после отъезда из России от Станкевича, который в то время еще продолжал общаться со мной по каким-то мелким вопросам.

Иные подчиненные и фирмы Маркелова:

— так называемые «черные» аудиторы, ими руководила Столярова Ирина. Группа лиц под руководством Столяровой делала видимость законности расходов по контрактам с РЖД, закрывала фиктивные стройки фальшивыми документами, в том числе актами о выполненных работах и поддельными бумагами госорганов (с целью получения вперед денег РЖД). Производила замену документов после выполнения настоящих работ. Отвечала за слив средств в офшоры и за всю работу с фирмами-однодневками, задействованными в том или ином контракте с РЖД;

— ЧОП «Легион», находился под руководством Маркелова. Занимался охраной объектов и личной безопасностью членов группы КУМ.

— начальники отделов банков, где легализовывалось снятие денежных средств (банки Миллениум — Байдаков Михаил, Столичный торговый банк — Менделеев Сергей).

— Малик Марселевич Муратов — отвечал за всех номинальных директоров по «помойкам». Знаком со мной лично.

— внедренные в РЖД лица (в т.ч. финансовые директоры), которые обеспечивали подписание документов без фактического выполнения работ и обоснование по завышению стоимости. Самый яркий случай, с которого начался мой разлад с группой КУМ, — когда в Челябинской области за счет денежных средств РЖД пять раз строилось одно и то же здание, при этом в действительности стройка не производилась, все работы были только на бумаге, а на этапе приемки здания якобы находили какие-то недоработки, после которых здание сносили и «строительство» начиналось заново. В итоге «здание», которое существовало только на бумаге, было передано с баланса «РЖД» на баланс линейного отдела МВД, после чего и вскрылась махинация, было возбуждено уголовное дело, которое расследовали в СКП по Челябинской области. Оттуда на выемку в банк приезжали следователи, с которыми я общался и от которых и узнал о данной ситуации.

После этого у меня состоялся разговор с Маркеловым, я сказал, что не хочу участвовать в таком откровенном хищении денежных средств, мы договорились, что за год Маркелов свернет всю свою подобную деятельность и займется более легальными проектами. Насколько мне известно от Маркелова и Ушеровича, в деятельности Маркелова по сокрытию следов преступления по вышеуказанному уголовному делу участвовал Захарченко Д.В.

— свои строительные компании, в том числе для «массовки» при проведении конкурсов и тендеров в «РЖД». Информация о них есть в переданном мной ноутбуке.

— «Росжелдорпроект» — делали все изыскания для РЖД, могли за это запросить любую сумму, в том числе, завышенную;

— Ободовский Юрий — отвечал за всё производство по линии РЖД, реально знал все производственные процессы в РЖД.

— Станкевич, Моторин, Черная Светлана, Олег Власов, Лефлер Яна Львовна — сначала я думал, что это мои подчиненные сотрудники (топ-менеджеры), однако в дальнейшем, когда у меня начались искусственно созданные проблемы, все они в той или иной форме перешли к Маркелову (Лефлер — к Ушеровичу)».