Нового генпрокурора попросили выкинуть Шерзода Юсупова из дела Baring Vostok

Бизнес

Нового генпрокурора попросили выкинуть Шерзода Юсупова из дела Baring Vostok

Борис Титов попросил проверить законность содержания фигурантов дела под стражей.
30.01.2020

Уполномоченный по защите прав предпринимателей Борис Титов написал генпрокурору Игорю Краснову письмо, в котором попросил его проверить законность содержания под стражей фигурантов дела Baring Vostok. «Ведомости» ознакомились с копией письма, представитель Титова подтвердил ее подлинность.

В феврале прошлого года Следственный комитет (СКР) по заявлению члена совета директоров и акционера (4,82%) банка «Восточный» Шерзода Юсупова возбудил дело о хищении у банка 2,5 млрд руб. «Восточный», на тот момент подконтрольный Baring Vostok, принял пакет акций люксембургской компании IFTG в погашение кредита на 2,5 млрд руб., выданного Первому коллекторскому бюро (ПКБ), также принадлежащему фонду. Юсупов, на совете директоров голосовавший за сделку, впоследствии счел замену неравноценной и обратился в ФСБ. Следствие оценило справедливую стоимость пакета в 600 000 руб. и возбудило дело о мошенничестве. Впоследствии обвинение было переквалифицировано в растрату.

Обвиняемыми по делу проходят основатель Baring Vostok Майкл Калви и еще шесть человек. Калви, партнер фонда Филипп Дельпаль, бывший предправления «Восточного» Алексей Кордичев, а также новый фигурант – экс-директор по инвестициям банка Александр Цакунов – находятся под домашним арестом. Остальные трое – партнер фонда Ваган Абгарян, гендиректор ПКБ Максим Владимиров и директор по инвестициям Baring Vostok Иван Зюзин – почти год находятся в СИЗО. Суд рассмотрит вопрос о продлении срока содержания под стражей всем троим 5 февраля.

Объективных причин для сохранения меры пресечения Владимирову, Абгаряну и Зюзину в виде заключения под стражу нет, пишет Титов: ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей содержат одни и те же доводы и аргументы, среди которых лишь тяжесть совершенного преступления и предположение о возможности обвиняемых скрыться от следствия и суда. Это, по мнению бизнес-омбудсмена, говорит о формальном подходе следствия к выполнению требований ст. 109 УПК РФ («Сроки содержания под стражей»). «Одни только эти обстоятельства не могут признаваться достаточными для продления срока действия данной меры пресечения», – заключает он.

Изменение меры пресечения с заключения под стражу на домашний арест в отношении Калви, Дельпаля и Кордичева не повлекло с их стороны воспрепятствованию расследования и надлежащим образом обеспечило достижение процессуальных целей следствия, обращает внимание Титов.

Учитывая это, а также то, что сбор доказательств и следственные действия по делу завершены, Титов полагает, что следствие может достигнуть своих процессуальных целей при применении к заключенным под стражу любой другой меры пресечения, которая не связана с лишением свободы. Так же, как это сделано в отношении Калви, Дельпаля, Кордичева и Цакунова.

Титов попросил Краснова проверить изложенные в письме факты и учесть приведенные доводы при формировании Генпрокуратурой позиции при рассмотрении судом вопроса о продлении срока содержания под стражей Абгаряну, Владимирову и Зюзину.

«Ведомости» направили запрос в Генпрокуратуру. Краснов до назначения в январе генеральным прокурором был заместителем председателя СКР.

Новый поворот

В конце декабря стало известно, что следствие переквалифицировало обвинение по делу Калви и его коллег с ч. 4 ст. 159 (мошенничество) на ч. 4 ст. 160 (растрата). В деле существенно изменились обстоятельства: преступление «переехало» с февраля 2017 г. на декабрь 2015 г., когда был выдан спорный кредит.

В течение почти 11 месяцев следствие базировалось на заявлении Юсупова, в основе которого была сделка от февраля 2017 г. по передаче на баланс «Восточного» акций IFTG и погашение за счет этого кредита на 2,5 млрд руб. ПКБ: Юсупов увидел в сделке мошенничество, говорил адвокат Дельпаля. Теперь же, по данным защиты, после изменения обвинения основные события касаются самой выдачи кредита на 2,5 млрд руб., а это было в декабре 2015 г., когда Юсупов вообще никакого отношения к «Восточному» не имел и акционером не был. Защита Дельпаля попросила суд объяснить, как в таком случае Юсупов может быть потерпевшим по делу. Защита Дельпаля обратила внимание на то, что материалы, обосновывающие продление домашнего ареста, не изменились, все допросы приложены старые и основаны на прошлом обвинении.

Теперь следствие сочло кредит на 2,5 млрд руб., который «Восточный» в декабре 2015 г. выдал ПКБ, «невозвратным», отмечала защита. Единственное, что связывает эти две истории, – это отступное по кредиту.

Сам же кредит ПКБ был выдан для погашения забалансовых обязательств «Восточного» перед BCS Cyprus: по ним были заложены евробонды банка на 5 млрд руб., объяснял в суде Калви. Он связывал свой арест с конфликтом акционеров «Восточного». У фонда было 51,6% акций банка, у его оппонентов – Артема Аветисяна и его партнеров Юсупова и Юрия Данилова – 40,02%. За время ареста Калви контроль над банком перешел к Аветисяну и партнерам.