«Мечел» ищет способ сократить затраты на прокладку рельс к Эльгинскому местоождению

«Сейчас мы стоим на развилке: что у нас будет с железной дорогой, получится или нет передать в концессию. Тогда уйдут и затраты на ее достройку и обслуживание», – говорил в марте в интервью «Ведомостям» гендиректор «Мечела» Олег Коржов. Пока компания так и стоит на этой развилке – судьба дороги до Эльгинского месторождения, на которую «Мечел» потратил более 71 млрд руб., не решена. Компания Игоря Зюзина рассматривает возможность и вовсе отказаться от концессии, рассказали «Ведомостям» человек, близкий к одному из ее кредиторов, и человек, знакомый с руководством «Мечела», а также подтвердили два сотрудника компаний, участвующих в обсуждении сделки. «Сейчас мяч на стороне «Мечела» – но компания не предпринимает необходимых шагов, подача концессионной инициативы задерживается», – говорит один из собеседников «Ведомостей».

Дорогу длиной 321 км до угольного месторождения в Якутии от станции Улак Байкало-Амурской магистрали «Мечел» построил в 2012 г. Но после обрушения цен на уголь и сталь в 2013 г. компания из-за высокой долговой нагрузки – тогда 13,7 EBITDA при чистом долге более $8 млрд – оказалась на грани банкротства. В 2016 г. «Мечел» продал Газпромбанку по 49% в «Эльгаугле» (владеет лицензией на месторождение), «Эльгадороге» и «Мечел-транс Восток». Именно банк и задумал передать дорогу государству и взять ее затем в концессию вместе с «Мечелом» и РЖД, вспоминает человек, знакомый с руководством «Мечела». Теперь отказаться от этой идеи предлагает «Мечел», рассказывают он и банкир: финансовые показатели компании сильно улучшились после того, как в прошлом году выросли цены на коксующийся уголь (сейчас долговая нагрузка – 5,2 EBITDA, а чистый долг – 431 млрд руб.). «Мечел» нашел альтернативу концессии и предлагает государству создать для этой дороги территорию опережающего развития (ТОР), говорят банкир и человек, участвующий в обсуждении проекта. Дела у компании идут очень хорошо, рассуждает банкир, цена на коксующийся уголь уже полтора года не опускалась ниже $100 за 1 т. Кроме того, «Мечелу» поставили достаточно сложные условия по концессии: он должен взять на себя обязательства по перевозке определенного количества угля, невзирая на внешнюю конъюнктуру, говорит другой собеседник «Ведомостей».

Концессия позволяет получить льготу по налогу на имущество, да и то не всегда, а ТОР – это целый набор льгот, рассказывает партнер Dentons Василий Марков: снижение налога на прибыль и НДПИ вплоть до 0%, освобождение от налога на имущество и земельного, снижение в 4 раза страховых взносов, ускоренный возврат НДС. Кроме того, с февраля дальневосточные ТОР могут получить субсидии на развитие инфраструктуры из федерального бюджета.

Чтобы получить статус ТОР, нужно постановление правительства России. Официальная заявка от «Мечела» на создание ТОР для дороги к Эльгинскому месторождению пока не поступила, сообщил представитель Минвостокразвития. «Мечел» рассматривает несколько вариантов развития железнодорожного пути, в том числе с инструментами господдержки, одним из которых может быть концессия, сообщил представитель компании. Представители правительства Якутии и Газпромбанка не ответили на запросы «Ведомостей», а РЖД от комментариев отказалась.

Сейчас провозная способность дороги – около 4 млн т, оценивает гендиректор «Infoline-аналитики» Михаил Бурмистров. Но «Мечел» планирует строить на Эльгинском месторождении ГОК мощностью 15 млн т. А для вывоза еще примерно 10 млн т нужно построить 14 разъездов и четыре станции, отмечает Бурмистров. Расходы на развитие дороги до месторождения в 2021–2024 гг. РЖД в инвестпрограмме справочно оценивает в 45,5 млрд руб. – полностью за счет частных инвесторов.

Вопрос развития угольной инфраструктуры неоднозначный, говорил ранее министр экономического развития Максим Орешкин: цены на уголь поднялись значительно, однако пару лет назад были вдвое ниже и более половины угольных компаний были убыточны. В правительственном плане магистральной инфраструктуры на проекты, связанные с угольной отраслью, запланированы инвестиции в 2 трлн руб., в том числе 900 млрд – от угольщиков и 600–700 млрд – от РЖД.

«Кажется, что тяжелые времена прошли. Но нужно понимать, что «Мечел» зависит от цен на уголь и от слабости российской валюты», – замечает директор группы корпоративных рейтингов АКРА Максим Худалов. А выделение субсидий на развитие инфраструктуры, даже при режиме ТОР, нельзя гарантировать, говорит Марков: если денег в бюджете не окажется, субсидия отменяется.