«Либералы» vs «патриоты»: агрессивная демагогия или разговор по существу

С приближением дня голосования по президентским выборам 18 марта 2018 года в медийном дискурсе чаще появляются материалы на тему: какое будущее ждёт  Россию.

Редакция «Компромат-Урал» не остаётся в стороне от происходящего, да и по письмам в редакцию видно, что волнует наших читателей (проблема завтрашнего дня – далеко не в последнюю очередь).

К сожалению, вместо внятных дискуссий о реальных трудностях страны чаще приходится быть зрителями так называемых «ток-шоу», где записные «ура-патриоты» дерут глотки, разглагольствуя о внешних и внутренних врагах России. Если следовать их логике, можно прийти к примитивному выводу: проблемы у огромного государства и его граждан есть только потому, что в мире много плохих людей. Вот выслать бы их из страны, заклеймить позором, уволить, пересажать, конфисковать награбленное, оградить добренького царя от плохих бояр, запретить высказываться и демонстрировать неприятные фильмы… Тогда богоспасаемая Россия окончательно подымется с колен, и все оставшиеся заживут в ней сыто и довольно, словно в пасторальных сценах «Кубанских казаков». И пустяки, что реальное воплощение подобных сценариев почему-то оборачивается очередной Северной Кореей, Венесуэлой или Ираном. Пропагандистскую ахинею рациональностью не перешибить.

Сегодня редакция «Компромат-Урал», чтобы немного разбавить свою привычную разоблачительную повестку, публикует диаметрально противоположные мнения двух известных экономистов. Первый – Михаил Делягин, прославленный конспирологическими поисками внутренних и внешних супостатов. Второй – Андрей Мовчан, отличающийся деидеологизированной позицией и умением разглядеть наиболее существенные тренды в экономике, не переходя на экспрессию и личности. Выбирайте то, с чем более склонны согласиться лично вы.

МИХАИЛ ДЕЛЯГИН: ФАНТАЗЁРЫ ПУТИНА НАКОРМИЛИ СТРАНУ ЧУДЕСНЫМИ ПРОГНОЗАМИ

Враньё либералов настолько чудовищно, что обычные граждане просто перестают обращать на него внимание. Это защитная реакция психики, так как сознавать, что люди с демонстрируемым ими уровнем интеллекта и ответственности управляют нашей страной и во многом влияют на жизнь каждого из нас — действительно страшно.

Преемник прославившегося бесконечными поисками «экономического дна» «водолаза» Улюкаева, — пока на посту министра экономического «развития», — Орешкин, еще в августе настаивал на том, что реальные доходы населения России в 2017 году возрастут на 1,2%. Стоит напомнить, что подобные галлюцинации не безобидны: они ложатся в основу прогноза, который, в свою очередь, становится фундаментом бюджета. В результате бюджет, исходящий из заведомо приукрашенной реальности, включает в себя фискальное давление на экономику, которое оказывается для нее чрезмерным и может стать фатальным.

«Прогноз» Орешкина был грубо опровергнут жизнью. По официальным данным, в 2017 году реальные доходы населения России упали на 1,7%. Последние четыре года они неуклонно снижались, — и можно радоваться лишь тому, что в 2017 году темп их падения перестал нарастать и несколько замедлился. В 2014 году — на 0,7%, в 2015 — на 3,2%, в 2016 — на 5,8% и, наконец, в 2017 — на 1,7%. Всего за четыре года реальные доходы населения сжались на 11%.

Эти данные весьма убедительно разоблачают несостоятельность коллективных бюрократических грез об устойчивом экономическом росте: ему просто неоткуда взяться и не на что опереться (рост цен на нефть, как показывает практика, сам по себе для этого недостаточен). Однако официальная статистика в условиях проведения разрушающей страну либеральной социально-экономической политики по понятным административно-политически причинам несовершенна. Как минимум, она основана на хроническом занижении роста цен и на принципиальном игнорировании исключительно высокого расслоения российского общества.

Попытка учесть влияние этих факторов ведет к шокирующим результатам.

Официальная инфляция за 2014−2017 годы составила 35,9%, однако социологические исследования свидетельствуют: рост цен, реально ощущаемый населением, превышал ее в 2015 году вдвое (26% против 12,9%). В начале декабря 2017 года представители Банка России признали, что «наблюдаемая инфляция» превышает официальную уже более чем втрое. Наиболее вероятно, что реальный рост цен, ощущаемый населением, превышает официальную инфляцию в среднем в 2,5 раза. В этом случае падение реальных доходов населения за последние четыре года заметно превысит треть и составит 36,3%.

Однако для понимания реальной ситуации, в которой находится основная часть граждан России, этого недостаточно. Ведь правящая тусовка — верхняя часть чиновничества и олигархия, — а также непосредственно обслуживающие её интересы социальные группы в условиях высокой коррупции и монополизации наращивают свои доходы практически в любых условиях. Если предположить, что «верхние» 10% населения увеличивают свои реальные доходы в среднем хотя бы на 5% в год (хотя многочисленные скандалы свидетельствуют о более высоких темпах), получается, что реальные доходы 90% российского общества упали за последние 4 года на 42,8%, или в 1,75 раза.

Это цена не санкций и не холодной войны, развязанной Западом на уничтожение России и начатой приводом к власти на Украине откровенных фашистов. Это цена принципиального игнорирования российской социально-экономической политикой новой реальности. Ни враждебность Запада и прекращение кредитования им России, ни падение мировых цен на нефть не заставило российских либералов переориентироваться с обслуживания интересов глобальных спекулянтов на работу в интересах самой России. Впрочем, это логично: для этого им пришлось бы перестать быть либералами — и вступить в жестокий конфликт с широкими слоями «офшорной аристократии», заботливо пестовавшейся все 30 лет национального предательства.

Российские либералы, занимая ключевые посты в правительстве Медведева, финансовых структурах насколько можно судить по проводимой ими социально-экономической политике, верно служат глобальным спекулянтам. С этой точки зрения падение уровня жизни россиян представляется их безусловным достижением.

Вероятно, они хорошо понимают, что, как отмечал президент Глава_Державы, развитие экономики будет устойчивым лишь в случае его опоры на рост благосостояния, — и, обслуживая несовместимые с самим существованием России интересы глобальных спекулянтов, делают все, чтобы не допустить этого роста и превращению отечественной экономики в глобальную силу.

Такова цена терпимости к идейным наследникам Гайдара, Чубайса и Ясина, неутомимо разрушающим нашу страну искусственно создаваемым «денежным голодом» и лишающих нас будущего в интересах Запада, развязавшего против нас холодную войну на уничтожение.

Решительный и полный отказ от либерализма, переход от разграбления страны к её созиданию, комплексная модернизация инфраструктуры на основе ограничения финансовых спекуляций, коррупции и произвола монополий становится в прямом смысле слова условием выживания даже не нынешней России, а всей русской цивилизации как таковой.

Но времени для этого, что прекрасно сознают враги России на Западе и внутри неё, остается все меньше: терпение народа и особенно молодежи наглядным образом заканчивается, — и систематический обман народных надежд открывает дорогу самым разрушительным провокациям.

«Правдивые новости»

***

РОССИЯ – ТОКСИЧНОЕ МЕСТО, В КОТОРОМ РАБОТАТЬ БОЯТСЯ И В КОТОРОМ ВСЕ ПЛОХО

«Создайте нормальный инвестиционный климат, создайте нормальную правовую среду, создайте правительство, которому можно будет доверять, и систему, которая не будет меняться каждые 15 минут». Экономист, руководитель экономических программ Московского центра «Карнеги» Андрей Мовчан в интервью рассказал об экономической ситуации в стране и реальных перспективах на ближайшее будущее.

– Андрей Андреевич, как вам видится ситуация с российской экономикой в текущий момент?

– В России экономика делится на нефть и все остальное. Все остальное медленно падает. Цена на нефть выросла на 30% за прошлый год. За счет этого по итогам года ВВП немного вырос. Стоит посмотреть на историю, скажем, десятилетней давности: десять лет назад нефть росла на 30% с тех уровней, на которых она была, до тех уровней, которых она достигала, и ВВП прирастал на 6-7% в год. Сейчас ВВП, видимо, вырос на 1% – я пока не знаю точных данных. Это говорит о том, что у нас масштабная рецессия во всех нынешних областях.

– «Коммерсант» опубликовал данные Росстата об использовании ВВП в третьем квартале 2017 года. Отмечено «заметное ускорение роста потребления домохозяйств при резком замедлении динамики инвестиций в годовом выражении».

– То, что ВВП растет за счет роста потребления домохозяйств, – это абсурдное заявление. У нас доходы домохозяйств падают, это признает сам Росстат. Потребление может расти только за счет падения сбережений и роста кредитного плеча. Ни то, ни другое у нас не произошло в такой степени, чтобы это спровоцировало рост ВВП. В реальности ВВП у нас как раз падает.

Российская экономика – это экономика практически нулевых инвестиций, экономика без развития, экономика, в которой весь не нефтяной сектор находится в рецессии, доходы населения находятся в рецессии, они падают. А нефтяной сектор зависит от цены на нефть, и он гуляет вслед за нефтью.

– Вы могли бы дать прогноз по цене на нефть на 2018 год?

– Никто не делает прогнозов стоимости нефти на год, потому что это невозможно. Такие вещи прогнозируют только люди, которые хотят испортить свою репутацию. Мы сегодня имеем 30%-ный рост по цене. Этот рост произошел далеко не только в связи с соглашением ОПЕК+. ОПЕК+ лишь малый фактор. Скорее причиной роста цен стали проблемы в Саудовской Аравии, проблемы в Иране. А главное – это то, что начался новый мировой цикл: экономика мира растет со скоростью почти 4% в год, значит, ей нужно больше нефти. И именно это исключительный источник роста цен на нефть, больше никакого нет.

Что будет дальше? Если цикл будет развиваться и ощущение от будущего потребления нефти будет все более устойчивым, то мы увидим, может быть, дальнейший рост цены на нефть. Если же американцы сумеют выдать значительно больше нефти на рынок за счет того, что у них растет эффективность добычи, то, наверное, тенденция переломится, и цена будет опускаться.

В целом этот маятник не меняется. Мы прошли цену равновесия в 2014-2015 годах и ушли сильно вниз, сейчас мы прошли цену равновесия и подались немного вверх, дальше в какой-то момент это откатится обратно к равновесию или еще ниже. Других процессов не бывает. Нефть – как погода: это то, что мы как-то принимаем из внешнего мира, но никак на него не влияем.

– Что в этой ситуации может сделать правительство?

– Правительство давно уже показывает, что у нас все хорошо, просто с помощью того, что объявляет, что все хорошо. Кто верит, тот верит. Это тоже отличный способ, и он, кажется, у нас в стране работает.

Какие еще вещи может сделать правительство? Не очень много в реальности. Система настолько закоснела, что какие-то серьезные реформы провести уже не удастся. Впрочем, и за короткий срок их не проведешь. Можно немного с кем-нибудь повоевать для того, чтобы поднять боевой дух населения. Но у нас сил на это нет уже, мы даже из Сирии пытаемся выбраться – с потерями техники. Можно немного раздать денег кому-нибудь, правительство это аккуратно делает. Вот они придумали давать денег матерям, которые рожают первого ребенка. Я, правда, не очень понимаю, зачем это было сделано, но жест красивый.

А можно вообще ничего не делать, потому что поддержка у Глава_Державыа такая, что он, конечно, выиграет выборы. И мне кажется, что правительство достаточно разумно в каком-то таком своем пассивном смысле разумности, что оно действительно выбирает идею ничего не делать и на ней останавливается.

– Вы упомянули пособия матерям. Многие экономисты указывают низкую рождаемость в России в качестве причины ее будущих экономических неудач. Тогда как успех Китаю обеспечит как раз благоприятная демография. И, по мнению аналитиков, именно Поднебесная возглавит рейтинг крупнейших экономик мира в недалеком будущем.

– Будущий демографический провал никак не может повлиять на нынешнюю экономику при всем желании: провала еще не случилось, а нынешняя экономика уже очень плохая. Кроме того, посмотрите, российская экономика по размерам похожа на экономику Испании, например. Но в Испании намного меньше живет людей. При этом у Испании нет полезных ископаемых. А экономика тем не менее такого же размера.

В современном мире не средневековая феодальная экономика, где количество крестьян могло определять количество брюквы, которую произвели.

У нас крайняя неэффективность экономики. Встает вопрос не о том, сколько людей нужно, чтобы работать, а о том, как людей прокормить, чтобы они просто хотя бы жили. Поэтому сокращение численности населения в России, вообще говоря, может оказаться даже позитивным фактором с точки зрения балансирования экономики.

Основной доход у нас от нефти. Нефть у нас добывают 2 миллиона человек из 146 миллионов. Еще какое-то количество людей задействовано в агробизнесе – тоже не очень много, процента 3-4 населения. А остальных надо кормить. И в этом смысле я бы за демографию волновался в последнюю очередь. Я бы скорее волновался за экономическую эффективность, за объем инвестиций и за уровень технологий, которые мы используем.

– Долгосрочный прогноз для российской экономики тоже пессимистичный?

– Когда мы делали большое исследование в Центре Карнеги по ресурсозависимым странам, то выделили соседей России по уровню добычи нефти на человека. Это такие государства, как Алжир, Казахстан, Иран и Венесуэла. Пять или семь лет назад страна была больше похожа на Казахстан. Потом мы прошли через Алжир в сторону Ирана. Видимо, Россия недалекого будущего – это Иран настоящего. А следующее движение, как только мы пройдем стадию Ирана, это Венесуэла. Видимо, в процессе «иранизации» страны с последующей «венесуэлизацией» мы сейчас и находимся.

– Есть ли вероятность изменения вектора развития экономики, если с нас снимут санкции?

– Условия санкций – это же не приговор. Надо поменять политику внешнюю, и санкции отменятся. Кроме того, даже в условиях санкций мы только своих денег могли бы заинвестировать очень много. У нас у выходцев из России и у некоторых россиян есть больше 1 триллиона долларов, это всем известно. Но в российскую экономику эти деньги не инвестированы. Создайте нормальный инвестиционный климат, создайте нормальную правовую среду, создайте правительство, которому можно будет доверять, и систему, которая не будет меняться каждые 15 минут, – и вот вам уже триллион. Плюс еще есть страны, которые на санкции смотрят косо, где-то соблюдают, где-то – нет, типа Индии, Китая, стран Персидского залива. Что, думаете, Саудовская Аравия не могла бы проинвестировать пару триллионов долларов в Россию? Могла бы, вместе с другими арабскими партнерами.

Кроме того, инвестиции же не золотом делаются. Бумажные деньги могут двигаться кругами. Просто повысьте скорость обращения денег за счет изменения инвестиционного климата – и вот у вас еще больше инвестиций стало. Это проблемы, которые очень легко решаются, как только вы решили проблему номер один. А проблема номер один – это тот факт, что Россия – токсичное место, в котором работать боятся и в котором все плохо.

– Чего вы ждете от правительства в наступившем году?

– Налоги будут чуть больше, бюрократии чуть больше. Здравого смысла чуть меньше. Ничего другого я не ожидаю.

Фёдор Григорьев
«ПРОВЭД»