Король взимания

Глава Минтруда Максим Топилин резко выступил против налоговой реформы. Максим Топилин заявил, что из-за нее социальные фонды лишатся триллионов рублей. Математика чиновника несколько лукава: оставить граждан без пенсий и медицинского обслуживания в правительстве вовсе не собираются, просто реформа снизит налоги для бизнеса и изменит схему финансирования подведомственных Минтруду фондов. Но, вероятно, последний вопрос для министра ключевой. Впрочем, этого и следовало ожидать, учитывая, с каким азартом Топилин продвигает весьма сомнительную идею «налога на тунеядцев» и печется о «чужих деньгах».

Реформы, рост экономики? Не наш путь!

Налоговый маневр, который задумало Министерство экономики – достаточно спорный и будет еще очень долго обсуждаться, благо налоги не собираются трогать до президентских выборов в 2018-м. Но соседнее министерство – труда и социального развития, уже резко выступило против. Чтобы понять, что так не устроило ведомство Максима Топилина, несколько слов о самой реформе. Ее автором считается новый глава Минэкономики Максим Орешкин. Основная суть в том, чтобы слегка поднять налоги для населения и резко понизить их для бизнеса. Планируется, что НДФЛ будет по-прежнему взиматься по плоской шкале, но увеличится с 13% до 15%.

Еще один налог, который фактически платят обычные жители – НДС – могут поднять до 21-22%. Параллельно для предприятий снизят страховые взносы, то есть отчисления в Пенсионный фонд, Фонд обязательного медицинского страхования и Фонд социального страхования. Суммарно эти взносы сейчас составляют 30% от зарплат. Планируется снизить их до тех же 21-22%.

Качество жизни простых россиян от этого, конечно, пострадает, ибо слегка снизятся доходы и подорожают потребительские товары (НДС уже включается в стоимость продукции, лежащей на полках магазинов). С другой стороны, у работодателей из-за уменьшения фискальной нагрузки появится возможность компенсировать сотрудникам потери в зарплатах. А, кроме того, в нынешней российской экономической ситуации освободить бизнес от части налогов кажется чуть ли не единственным разумным решением. И вот с ним-то и не согласился Максим Топилин. Сразу же после публикаций в СМИ утечек о реформе, глава Минтруда заявил, что из-за нее фонды недополучат 2 триллиона рублей. И вообще выступил против того, чтобы бизнесу снизили налоги.

Две большие разницы

На первый взгляд заявление министра кажется весьма справедливым и создает ощущение, что чиновник просто не хочет ставить под удар пенсионную и медицинскую системы. Возможно, так и есть. Но вроде бы никто и не собирается лишать эти фонды финансирования. Судя по планам правительства, деньги на пенсии и ОМС возьмут из федерального бюджета. Просто туда будет перечисляться часть налога на доходы физических лиц (сейчас НДФЛ идет лишь в региональные бюджеты). Да, это может больно ударить по сложившейся системе социальных выплат, сфере, которую достаточно опасно трогать. Но ведь ясно, что изменения ей крайне необходимы, та же ситуация в государственной медицине — тому явное подтверждение. К тому же осознание гражданами того факта, что часть налога, которые платят они со своих доходов, пойдет на пенсии и на здравоохранение – тоже будет способствовать более качественной работе этих институтов.

Однако все это – разговоры в пользу бедных, которые, раз уж к слову пришлось, составляют большую часть населения России. У тех же, кто сидит в высоких кабинетах, явно есть и свои чаяния. И они, вероятно, идут вразрез с сокращением прямого финансирования. Почувствуйте разницу: или получать деньги сразу от работодателей, или же ждать, пока они придут из бюджета, переживать, не урежут ли трансферт, не задержат ли его, не придется ли лишний раз отчитываться. Да и вообще, у каждого министерства есть и еще и статус, а он зависит не только от сферы деятельности, но и от количества денег, которые этому ведомству отмеряются. Министр Топилин, собственно, и сам назвал ключевую сумму: 2 триллиона рублей. Примерно 15% от доходов годового бюджета страны. Есть о чем печалиться. Тем более что к финансовым вопросам у Максима Анатольевича вообще особое отношение.

Было ваше, стало не ваше

Вспоминается фраза министра, озвученная еще 4 года назад. Максим Топилин выступал перед единороссами и произнес слова, которые удивили даже видавших виды депутатов партии власти. Отвечая на вопрос о накопительной части пенсии, он тогда сказал: «Это не деньги людей, а средства работодателей». Жаль, что чиновник в этот момент общался не с простыми жителями, тогда можно было бы сформулировать еще понятнее: «ваши будущие пенсии – это не ваши деньги». Было бы циничнее, но гораздо честнее. Вряд ли кандидата экономических наук Максима Топилина стоит упрекать в незнании азов. И, естественно, он прекрасно понимает, что деньги, которые компании перечисляют во внебюджетные фонды – это деньги и работодателей и сотрудников, то есть всех трудящихся россиян. Ибо без работников не будет и работодателя, а выплаты зависят от размера заработного фонда.

Это, например, хамоватый врач из районной поликлиники может сдуру пенять больным, что их бесплатно лечат. Это финансово неграмотный пенсионер не знает, что свою пенсию он получает благодаря работающей молодежи (испорченной и ленивой). Пора бы уже всем выучить простые истины: нет бесплатной медицины, бесплатной пенсии, и, вообще ничего бесплатного нет. За все заплачено. И заплачено обычными россиянами, которые работают и благодаря которым их организации имеют прибыль и перечисляют страховые взносы. И даже если эти организации получают деньги из бюджета, то они по большому счету все равно коммерческие, ибо выполняют заказ, в данном случае государства, то есть все тех же россиян, которые наняли для этого чиновников. Но, судя по всему, еще в 2013-м году министр труда Максим Топилин показал общественности свою, совершенно иную картину мира, где население с барского плеча получает чужие деньги. А тут такая незадача: деньги, возможно, теперь станут чужими и для тех, кто их распределяет.

Собиратель налогов российских

Забавно наблюдать, как соцблок правительства, в который входит Минтруд, в своем стремлении получить как можно больше денег копает сам под себя. Самый яркий пример – это «налог на тунеядство», которым Максим Топилин и куратор социального направления в кабмине Ольга Голодец хотят обложить официально не работающих россиян. И снова на первый взгляд все звучит правильно. Одни платят налоги и пользуются за это государственной медициной и другими преимуществами, а другие не платят и пользуются тем же. А последних очень много. В так называемой «гаражной экономике», по подсчетам социологов, заняты около 30% населения.

И вот, в начале года Топилин озвучил сумму, которую, возможно, придется платить работающим «в тени»: 15 тысяч рублей в год. Для регионов, кстати, приличные деньги. Вот только чиновники, кажется, опять показали, что как будто живут в совсем другой стране. Люди, не желающие работать официально, имеют на это много причин. И одна из них – непомерная налоговая нагрузка на бизнес. Кому охота выходить из гаражей на свет, если за тебя сразу же крепко схватятся сначала налоговики, а потом и следователи? Именно поэтому главным стимулом является снижение сборов, что и задумало министерство экономики. Но Минтруд предпочитает другие методы, последствия которых легко просчитать. И сальдо не в пользу чиновников.

Верхи хотят, низы ответят

Занятые в теневом секторе граждане, если на них начнут воздействовать кнутом, скорее всего, отреагируют самым ожидаемым способом. А именно: встанут на биржу труда и получат официальный статус безработных. И заодно пополнят свои кошельки небольшим пособием. И уж точно перестанут быть в глазах госслужащих тунеядцами. Правда, в этих глазах вскоре начнет рябить от безработных, и Россия во всех международных рейтингах по этому показателю совершит стремительное движение аналогичное движению погружающегося на дно батискафа. И, немного пофантазируем, уже в самых верхних эшелонах явно задумаются: раз в стране такой высокий уровень безработицы, а не пополнить ли ряды безработных граждан еще и теми, кто в этом виноваты, то есть госслужащими из соцблока? Они против реформ, но мечтают о дополнительных сборах. Они на словах за улучшение показателей, а на деле идут в другую сторону. В конце концов, судя по публичным высказываниям, эти люди хотят «как лучше». Значит должны получить свое «как всегда».