Как Владимира Путина оградили от журналистов

Как Владимира Путина оградили от журналистов

Как Владимира Путина оградили от журналистов

Оригинал этого материала
© proekt.media, 04.12.2019, Фото: ТАСС, via proekt.media, РИА «Новости», premier.gov.ru, government.ru, kremlin.ru, Видео: via proekt.media

Игра в пул

Михаил Рубин, Роман Баданин, Елизавета Сурначева

Слева направо: Дмитрий Медведев, Дмитрий Песков и Владимир Путин

Когда-то кремлевский пул был престижным местом для журналистов: они регулярно общались с президентом и могли сколько-нибудь достоверно рассказывать о нем стране. Но теперь такой возможности нет. Со временем работа с Владимиром Путиным свелась к многочасовому ожиданию за картами, озвучиванию придуманных в Кремле вопросов и наблюдению за первым лицом по телевизору, а не вживую. Так за два десятилетия граждане лишились возможности узнавать правду о работе своего лидера.

В конце ноября 1998 года журналисты дежурили у здания Центральной клинической больницы, где с тяжелой пневмонией лежал президент Борис Ельцин. Естественно, новости о состоянии здоровья главы государства передавали круглосуточно и невзирая на холодную погоду.

Вечером, выходя от мужа, на усталых репортеров обратила внимание первая леди страны Наина Ельцина и сочувственно предложила: «Бедные, что же вы стоите? Идите домой, утром в газетах все прочитаете». Свидетелем этой истории была журналист Ольга Романова, работавшая тогда на ТВЦ, она пересказала ее «Проекту». Наивность Ельциной тогда вызвала у журналистов улыбку. Но когда преемник ее мужа стал главой государства, репортеры президентского пула стали работать именно так — узнавая последние известия из выпусков новостей.

Борис Ельцин беседует с главными редакторами (1997 г.)

Это произошло далеко не сразу, но к двадцатому году фактического правления нынешнего президента Кремль довел до абсурда свою работу с прессой. Причем президентский пул, как и российская журналистика в целом, менялись к худшему вместе со своим главным героем — Владимиром Путиным.


Что такое кремлевский пул

Президентским пулом называют группу журналистов разных изданий, освещающих деятельность главы государства. Эти люди ходят на официальные мероприятия в Кремль и резиденции президента, а еще летают с ним по России и миру. Получить аккредитацию в пул обычно могут сразу несколько журналистов от каждого издания: для этого СМИ отправляет паспортные данные корреспондентов для проверки в Федеральную службу охраны. Если это ведомство не находит криминального прошлого или не обнаруживает склонности к противоправному поведению, проблем с аккредитацией быть не должно. Обычно этот процесс занимает от трех месяцев до полугода. После этого пресс-служба главы государства начинает приглашать журналиста на мероприятия с участием первого лица страны. За поездки своих журналистов с президентом редакции платят: кремлевский подрядчик, связанный с первым замглавы администрации президента Алексеем Громовым, — компания «Моско» — выставляет большие счета за еду в правительственном самолете, передвижение на автобусе от аэропорта до гостиницы и проживание в отеле.

2000 — 2008
Падение пула

Силой молитв

— Маргарита Симоньян громко молилась, сидя в своем кресле, — эту деталь до сих пор не описанного в СМИ скандального эпизода вспоминают все репортеры кремлевского пула времен первого срока Путина. Его скандальность, конечно, заключалась не в громких молитвах, а в том, что к ним привело. «Проект» рассказывает об этом случае со слов трех человек, летевших тем бортом.

Слева направо: Владимир Путин, Маргарита Симоньян и Дмитрий Киселев

В декабре 2002 года несколько десятков журналистов возвращались из так называемой «укатайки» — так на сленге пула называется серия утомительных перелетов вслед за президентом из одной страны в другую, а иногда просто из города в город внутри России. В тот раз журналисты в течение четырех дней последовательно побывали в Пекине, Дели и, наконец, в Бишкеке.

Президент улетел в Россию первым бортом, а для остальных путь из Киргизии в Москву должен был стать рутинным: высокопоставленные чиновники и рядовые члены делегации сидели в передних салонах, а журналисты и сотрудники Службы безопасности президента, включая снайперов с винтовками, как наименее почетные пассажиры, — сзади, в третьем салоне.

После «укатайки» большинство журналистов мирно спали. Но сон внезапно нарушило чрезвычайное происшествие: самолет начал резко терять высоту. Как выяснилось позже, в Бишкеке борт заправили некачественным топливом, которое замерзло на высоте. Пилот объявил экстренную посадку, а стюардессы ходили по салонам с перепуганными лицами. Волнение быстро передалось пассажирам, включая Симоньян, тогда 22-летнего корреспондента канала «Россия», а теперь всемирно известного руководителя RT.

Самолет в итоге успешно приземлился в Казахстане, но дальше между журналистами и чиновниками возник спор: нужно ли сообщать об инциденте. Пресс-служба Кремля это делать запретила: опасались скандала с властями Киргизии, которые могли обидеться на сообщение о плохом топливе. В итоге корреспондент «Интерфакса» все-таки передал на ленту сообщение об экстренной посадке самолета, но о причинах не рассказал. Остальные журналисты, прождав много часов запасной борт, улетели в Москву и, выполняя требование Кремля, не включили событие в свои репортажи — факт запрета инцидента без деталей был описан в книге Елены Трегубовой «Байки кремлевского диггера».

Сейчас, когда СМИ вообще не передают никакой критической информации о Путине, такой запрет кажется незначительным. Но тогда ограничения были журналистам в новинку.

В те же годы началась самая порочная практика кремлевской журналистики: по решению пресс-секретаря президента Алексея Громова репортеров стали выгонять из пула. В 2004 году молодой корреспондент «Газеты.Ru» и студентка журфака МГУ Елена Шишкунова написала дипломную работу, в которой так описала отношение первого лица к репортерам:

«Мне кажется, что президент Путин всегда старается отвести от журналистов глаза… Путин практически всегда как бы не замечает журналистов, проходя мимо них. Особенно хорошо это видно, когда его иностранный коллега оборачивается в нашу сторону, кивает».

Цитату из диплома опубликовал журнал Newsweek, после чего пресс-служба Кремля уведомила Шишкунову, что из пула ее исключают — она подтвердила «Проекту» подлинность этой истории.

Но в целом в первое президентство Путина в Кремле придерживались концепции, что абсолютно подконтрольным властям должно быть только телевидение, а остальные СМИ могут быть относительно свободны, вспоминает бывший кремлевский чиновник. Поэтому большинство журналистов пула, с которыми «Проект» говорил для подготовки этого материала, теперь вспоминают начало нулевых как время, когда при всех сложностях президенту и журналистам было интересно друг с другом.

Беседы с шампанским

В конце 2003 года журналистов пула пригласили в Кремль в знаменательный для страны момент — сразу после ареста Михаила Ходорковского и назначения неизвестного широкой публике Дмитрия Медведева главой президентской администрации. Тогда Путин захотел лично пообщаться с репортерами в режиме офф-рекорд — то есть не для цитирования от его имени, а «для понимания» или использования с формулировкой вроде «источник сообщил».

Журналистов заблаговременно усадили за большой стол, они настроились долго ждать постоянно опаздывающего президента, рассчитывая за это время пообщаться с новым главой администрации. Однако на этот раз Путин не задержался, и они с Медведевым уселись по разные стороны стола практически одновременно.

«Путин был невероятно откровенен. Было очень жалко, когда по окончании пресс-служба сказала, что ничего из сказанного нельзя писать. Мы даже переспросили, что же с этим делать, на что нам ответили: „С этим надо жить“», — вспоминает один из участников встречи.

Журналисты так честно соблюли договоренности, что нигде и никогда не описали содержание встречи, а теперь с трудом вспоминают точные слова президента. В какой-то момент Путин настолько расслабился, что стал с иронией вспоминать свое общение с одной зарубежной делегацией, даже сказал, что они «плохо пахли» — так один из участников иллюстрирует интимность той встречи. Но, естественно, значительную часть беседы глава государства рассказывал о задержании Ходорковского: дал понять, что сам отдавал приказ арестовать бизнесмена после доклада тогда замглавы кремлевской администрации Игоря Сечина (именно Сечин неформально курировал работу силовых структур в то время, говорит бывший кремлевский чиновник) о возможном бегстве Ходорковского за границу.

В то время Путину явно было интересно общаться с пулом. Это хорошо видно на одном примере. Каждый год в августе президент уезжал в так называемый «рабочий отпуск» — так его называла пресс-служба, потому что Путин проводил там публичные мероприятия в Сочи и брал с собой журналистов. Они любили такие поездки: помимо освещения мероприятий президента можно было проводить время на вип-пляже пансионата «Дагомыс», где за разумные деньги приносили еду и алкоголь прямо к шезлонгу. А еще ходить на дискотеки, где постоянно крутили песню Лолиты «Пошлю его на». Под конец отпуска журналистов обязательно приглашали на интересное общение офф-рекорд, где главе государства можно было свободно задать любые вопросы. Это всегда был откровенный разговор на несколько часов, быт журналистов в Сочи воспроизводится по рассказу одного из постоянных участников таких выездов в 2005-2007 гг.

Выезжая тогда за границу, президент тоже собирал журналистов — объяснял им тонкости своей внешней политики. В июне 2006 года Путин пригласил репортеров в свой гостиничный номер в Шанхае, некоторые даже описали ту встречу в печати:

В Шанхае Владимир Путин жил в просторном номере. В этом номере был накрыт стол с угощением, которое, похоже, привезли из Москвы. Конфеты, печенье, пирожки. Все как в Кремле. Шампанское, коньяк в бокалах, водка в рюмках. Господин Путин до нашего прихода смотрел спортивный канал CCTV, по которому шел футбол Швеция — Парагвай. Минут через двадцать после начала разговора президент России телевизор все-таки выключил.

Из репортажа корреспондента «Коммерсанта» Андрея Колесникова

Во время той встречи Путин вполне честно, как выяснилось потом, сказал, что уйдет с поста президента после 2008 года, и даже не совсем обманул журналистов, отвечая на вопрос о будущей деятельности, став премьером после 2008 года, Путин еще и стал лидером партии — «Единой России»:

— Что вы будете делать, когда уйдете с поста президента?

— А, я возглавлю политическую партию! — опять начал он радовать сам себя.— Какую? Оппозиционную, конечно!

— Кому оппозиционную?

— А какая разница? Главное, буду ругать власть — за антинародную политику, за то, что она не думает о простых людях. С вами буду чаще встречаться. Вам же интереснее будет, когда я буду все критиковать.

Последнее обещание Путин не сдержал. Став премьером, он начал терять интерес к журналистам.

2008 — 2012
Двоепулие

Карты и алкоголь

Перед рабочим кабинетом Путина в его подмосковной резиденции Ново-Огарево раньше стоял стол для игры в бильярд. Журналисты пула могли в него играть — после закончившегося несколько лет назад строительства нового помещения в резиденции бильярд исчез, отмечают журналисты. Но основными увлечениями репортеров в период премьерства Путина вынужденно становятся алкоголь и карты.

— Если ты непьющий, в пуле работать сложно. Как правило, перед заходом в самолет по пути из командировок многие из нас уже были подвыпившими. Самый ходовой напиток — коньяк, — вспоминает работавший в то время от «Известий» в пулах Путина и Медведева журналист Александр Латышев.


Как журналистам запретили пить на борту

До сентября 2012 года в самолете, который возит журналистов за президентом, наливали алкоголь. Все испортили сотрудники ФСО: семь лет назад, возвращаясь после саммита АТЭС из Владивостока в Москву, они выпили, пошли курить в туалет, там задымилась туалетная бумага, сработала сигнализация. По итогам инцидента был «разбор полета». После этого наливать в самолете перестали всем, включая журналистов — эту историю рассказывают независимо друг от друга три корреспондента.

В 2007 году Путин и его пул полетели в Гватемалу представлять российскую заявку на проведение Олимпиады в Сочи. По прилету журналистов собрал замначальника президентской пресс-службы Александр Смирнов и предупредил: в стране свирепствует гепатит, чтобы не заболеть, нужно пить только бутилированную воду и не пренебрегать ромом. Большинство с удовольствием последовали совету, вспоминает Латышев.

Карты и вовсе захватили пул. В марте 2011 года журналисты приехали в Белград, где в здании парламента Сербии была запланирована встреча Путина с председателем Народной скупщины. «Зашли в комнату, где должны были начаться переговоры, сели на пол и начали играть в дурака. Это увидел Песков (Дмитрий Песков, в тот момент пресс-секретарь премьера Путина — „Проект“) и начал нас стыдить. Но нам тогда было все равно: как только мы куда-то приезжали, будь то Белый дом или какое-то другое место, то первое, что делали, — раскладывали карты», — вспоминает постоянный участник пула и карточных игр. Это же помнит еще один журналист.


Комментарий Дмитрия Пескова

Это (играть в карты — «Проект») не очень прилично делать, особенно во время публичных ожиданий. Конечно, мы оставляем за собой право высказать свое мнение, хотя всегда делаем это по-товарищески. Можем ли мы это запретить? Да нет, наверно. Мы не имеем права запрещать. Да и, насколько я знаю, сейчас мы с таким уже не сталкивались.

У этих увлечений были понятные причины — во-первых, и так непунктуальный премьер в этот период стал катастрофически много опаздывать, а во-вторых, возможности журналистов нормально работать начали ограничивать.

Бутерброды в обмен на свободу

В январе 2009 года премьер Путин прилетел в Берлин на переговоры с канцлером Ангелой Меркель. После приветственных слов лидеры остались за закрытыми дверями, а журналистов вывели скучать в отдельное помещение — в международных поездках Путина и журналистов сопровождали пресс-служба и служба протокола главы правительства. Зато сотрудники пресс-службы премьера не скучали: они сначала придумали, а потом раздали репортерам вопросы, которые те должны будут задать Путину как бы от себя на итоговой пресс-конференции. Почти всегда это неострые вопросы, на которые Путин почему-то хочет ответить. На этот раз Путин хотел рассказать о перспективах финансовых отношений между Россией и Германией в период кризиса.

Ангела Меркель и Владимир Путин

Но план едва не испортила Меркель: как хозяйка мероприятия, к тому же еще хорошо знающая своих журналистов, она сама модерировала пресс-конференцию и указывала, кто из журналистов обеих стран может задать вопрос. Естественно, Меркель была не в курсе тайного замысла российских гостей. Она все никак не давала слово «тому, кому надо». Тогда пресс-служба Путина решила действовать: когда Меркель в очередной раз указала на «неправильного» журналиста, сидевшего справа от нее, сотрудница пресс-службы Путина взяла микрофон и, как ни в чем не бывало, отнесла его в совершенно другую сторону. Удивленная Меркель даже не успела что-то сказать, как один из заранее отобранных журналистов задал нужный вопрос: «Что за будущее ждет экономические взаимоотношения двух государств?». Эту историю «Проекту» рассказал один из участников той пресс-конференции. «Проект» убедился в ее достоверности, ознакомившись со сделанной тогда видеозаписью.

— С нами для понимания он общался теперь раз в год — перед Новым годом спускался в пресс-центр Белого дома, поздравлял и заодно отвечал на вопросы. Никаких особых откровений там не было, но это было полезно, — вспоминает период премьерства Путина один из журналистов.

Впрочем, главная проблема заключалась даже не в закрытости Путина. Новый пресс-секретарь премьера Дмитрий Песков постепенно лишал журналистов возможности общаться с другими чиновниками и вообще передвигаться по Белому дому.

В начале 2010 года, выходя из пресс-центра Белого дома, журналисты увидели странное зрелище: у лифта, на котором можно подняться на те этажи Белого дома, где располагаются кабинеты чиновников, сидела сотрудница пресс-службы, слушала радио и вязала на спицах. Помимо этих увлекательных дел, перед ней стояла еще одна важная задача: не пускать журналистов никуда, кроме пресс-центра и туалета. Так пул лишился возможности общаться с источниками. Эту историю рассказывают три журналиста, входивших в пул премьера.

Виновником беспрецедентных ограничений неформально был объявлен корреспондент «Ведомостей» Максим Товкайло — сейчас шеф-редактор сайта этого же издания. Пескова всерьез разгневала публикация журналиста, в которой он до официальной презентации показал символ сочинской Олимпиады, который ему раскрыл один из его источников. Товкайло, не называя повода, из пула выгнали, заодно наказав всех: теперь журналисты могли лишь сидеть в пресс-центре, играть в карты, а выходить только под бдительным надзором либо в туалет, либо на официальные пресс-подходы чиновников.


Комментарий Дмитрия Пескова

Кремль открыт в объеме тех мероприятий, которые кремлевский пул освещает. Конечно, они не могут ходить свободно по Кремлю, да это и невозможно с точки зрения режима секретности и с точки зрения безопасности. То есть они переходят из того места, в котором они обычно ждут, в место проведения мероприятия. В сопровождении сотрудников охраны.

В Белом доме, кстати, начиная с 2008 года, имели место спорадические свободные хождения журналистов. Закончилось это тем, что журналистку одного из очень известных и уважаемых экономических изданий поймали на том, что она просто сама ходила в кабинеты, когда там никого не было, и чуть ли фотографировала документы на столах, что, конечно, непозволительно.

У этого закручивания гаек было и еще одно интересное последствие — новые правила отрезали журналистов пула не только от источников, но и от столовой Белого дома. Тогда путинская пресс-служба решила продовольственный кризис весьма оригинальным образом: в пресс-центр Белого дома, а потом и Кремля стали приносить бутерброды с сыром и колбасой. Такова была компенсация за потерянную возможность выполнять свою работу.

Как Путин проспал работу

Еда — вообще очень актуальная для журналистов тема. Они, как и все вокруг Путина, вынуждены бесконечно его ждать в условиях, где об их комфорте думать не принято.

Показательный случай: летом 2011 года премьер в компании рабочих должен был открывать тоннель в Новороссийске. Ждали его с полудня, но прилетел глава правительства только вечером. Поскольку на улице было жарко, а комфортное помещение для столь длительного ожидания никто не подготовил, одному из пожилых рабочих, приглашенных для общения с Путиным, стало плохо. Пришлось вызывать «скорую помощь» — вспоминает журналист из пула того времени.

Иногда журналисты ждут, но не дожидаются. Правда, информация о неявке Путина никогда не попадает в СМИ. В сентябре 2009 года журналисты, руководство «Газпрома», включая Алексея Миллера, и рядовые строители ждали премьера на севере Ямало-Ненецкого автономного округа. Было не очень тепло. Чтобы туда добраться, многие репортеры сначала прилетели в Салехард, а оттуда много часов ехали на поезде. И это все, чтобы только увидеть, как премьер откроет уникальный железнодорожный мост через реку Юрибей и ознакомится с условиями жизни строителей. СМИ даже успели проанонсировать мероприятие с участием Путина, но в итоге никаких новостей об открытии Путиным моста не появилось. Глава правительства, как сообщили журналистам, «чуть позже проснулся», не успел вовремя вылететь на вертолете, а поскольку световой день в тех краях короткий, собравшихся поставили перед фактом, что мероприятие пройдет без премьера, вспоминает Латышев. Передавать новость об отмене мероприятия и сне премьера журналистам запретили.


Комментарий Дмитрия Пескова

Не думаю, что так («чуть позже проснулся») сказали. А если кто-то и сказал, то он сказал неверно.

Похожих случаев хватало. «Как-то мы приехали в резиденцию премьера в Ново-Огарево, а навстречу выезжает его кортеж. Выясняется, что Путин отложил мероприятие, на которое нас привезли, и решил слетать в Чечню. Ждали весь день, пока он вернется. Это был единственный случай, когда нам разрешили заказать в Ново-Огарево пиццу», — вспоминает журналист, работавший с Путиным.

Естественно, манеры начальника со временем стали перенимать и сотрудники его пресс-службы: они стали устанавливать хамские запреты по поводу и без. 4 марта 2010 года репортеры привычно долго ждали начала заседания правительства: они стояли по углам, а министры и вице-премьеры рассаживались по положенным местам в ожидании Путина. В зал вошел первый вице-премьер Игорь Шувалов, но внезапно не стал садиться на положенное ему место по правую руку от Путина. Вместо этого он занял самое отдаленное от премьера кресло, которое положено «рядовым» министрам. Журналисты разглядели, что на Шувалове надета медицинская маска. В тот день он был простужен, но заседание правительства не мог пропустить, в тот день обсуждалась важная для него Стратегия развития автомобильной промышленности, вспоминает бывший сотрудник аппарата правительства. Чтобы не заразить премьера, он сел на другом конце стола.

В этой истории не было бы ничего особенного, если бы она не имела продолжения. Когда подчиненные Путина поняли, что журналисты хотят передать сообщение о том, что первый вице-премьер пришел на заседание в маске и сел на дальний конец стола, то к ним подошел обычно интеллигентный замначальника пресс-службы Олег Цацурин и матом запретил это делать под угрозой отлучения от пула, подлинность этой истории «Проекту» подтвердили два журналиста, участвовавших в мероприятии. «Так, б**, если кто-нибудь напишет, нах** вылетит из пула», — вспоминает слова Цацурина один из журналистов.


Комментарий Дмитрия Пескова

Я не знаю, запрещал ли он матом. Но, действительно, бывают какие-то моменты, которые не связаны с мероприятием, а скорее связаны с какими-то техническими аспектами или с пожеланиями тех лиц, чью работу журналисты освещают, такого бытового характера. Кто-то может сказать: «Пожалуйста, не снимайте меня в маске». В таком случае мы можем попросить журналистов этого не делать, нормальная просьба. Как правило, все реагируют нормально.

Естественно, фотографам запретили снимать Шувалова в тот день. В результате официальный фотоотчет с того заседания выглядит очень странно:

Отсутствует обязательная в таких случаях фотография всего стола, зато видно, что на обычном месте Шувалова сидит «рядовой» вице-премьер Алексей Кудрин, как правило занимающий чуть более отдаленное от премьера кресло. В пресс-службе ВЭБ.РФ, где сейчас работает Шувалов, не ответили на вопросы «Проекта».

Последний брифинг Медведева

«У меня для вас две новости, — начала разговор с корреспондентом „Известий“ Александром Латышевым пресс-секретарь президента Медведева Наталья Тимакова, содержание „Проекту“ пересказал сам журналист. — Хорошая в том, что ваши заметки читает президент. А плохая, что вы больше с нами ездить не будете».

Незадолго до того Латышев написал репортаж о том, как новый глава государства наблюдал за пуском баллистических ракет. Медведев и сопровождавшие его военные выглядели в нем комично, материал, по всей видимости, не понравился Кремлю, и чиновники попросили руководство «Известий» заменить Латышева. Главный редактор Владимир Мамонтов безропотно согласился. После этого — в ноябре 2008 года, во время поездки в Венесуэлу, — Тимакова и провела с Латышевым тот самый разговор, утверждает сам репортер. Латышев еще некоторое время работал в пуле Путина, а потом ушел из журналистики и открыл сеть пивных.


Комментарий Натальи Тимаковой

Я не помню подробностей, но не исключаю, что случай с Латышевым был не единственным (исключением из пула). Но я всегда была против таких методов и старалась ими не злоупотреблять.

Но в целом Медведев был более открыт, чем тогдашний Путин. Репортеры пула любят вспоминать встречу, которая состоялась в Сочи на исходе единственного срока Медведева — 31 августа 2011 года. Журналистов собрали в гостинице «Родина»: выпивка и вид на Черное море. Все участники вспоминают, что президент был в хорошем настроении и много шутил. Журналисты решили этим воспользоваться, задав главный вопрос — пойдет ли он на второй срок?

Дмитрий Медведев на встрече с журналистами (2011 г.)

Некоторое время Медведев пытался уходить от ответа, но потом сказал, что объявит о своих планах на грядущем в конце сентября съезде «Единой России». Прямого ответа он не дал, но по интонации и хорошему настроению некоторые собравшиеся сделали вывод, что Медведев рассчитывает пойти на второй срок, вспоминает участник встречи. В газете «Коммерсант» даже вышла заметка, где источник издания в Кремле говорил, что «Медведев, объявив об участии в выборах, может дать „Единой России“ прирост в 10% голосов».

Прекрасное настроение Медведева в Сочи никак не сочеталось с его печальным выражением лица на съезде «Единой России», где он всего через несколько недель после той встречи с пулом объявил о возвращении Путина к власти. После тех событий журналисты пула еще долго шептались, что Медведев не знал о своей судьбе до самого последнего момента. Но знакомый нынешнего премьера это опровергает: по его словам, в конце августа 2011 года президент уже знал, что ему придется уйти, и поэтому «чувствовал себя легко».

с 2012
Ликвидация

Последний брифинг Путина

Вскоре после возвращения на пост президента в 2012 году Путин собрал свой пул на встречу, и этот разговор кардинально отличался от интересных для журналистов встреч офф-рекорд времен первых двух сроков. Два участника мероприятия независимо друг от друга передают одно и то же впечатление: президенту было очень скучно. Его несколько раз спрашивали о самой актуальной теме — уличных протестах того времени. «Путин только раздражался, ему явно не хотелось отвечать», — вспоминает один из собеседников. Внятно он ответил только на вопрос об участвовавшей в митингах Ксении Собчак: «Если ей нравится жить такой жизнью, пусть живет». Он добавил, что защищал Собчак в прошлом и будет защищать в будущем. Под конец президент неохотно, но ответил согласием на просьбу журналистов сыграть с ними в хоккей: «Уже тогда казалось, что это последняя встреча. Президент вернулся на пост, который уже занимал, и ему было неинтересно», — передает ощущение один из журналистов.

За прошедшие с тех пор семь лет Путин не только не сыграл с прессой в хоккей, но и ни разу больше не собрал свой пул для неформального общения, это подтверждают четыре действующих кремлевских журналиста. Давно прекратились и поездки пула с президентом в Сочи: Кремль вообще стал скрывать отдых Путина, оставлять кремлевский пул в Москве и в период бездействия президента регулярно публиковать так называемые «консервы» — то есть заранее записанные на видео встречи Путина с чиновниками.


Комментарий Андрея Колесникова

Из существовавших форматов, позволявших задавать Владимиру Путину вопросы, сейчас нет одного: он не встречается, как раньше, примерно раз в год, с журналистами «кремлевского пула» в закрытом режиме. Это, впрочем, все равно было не для цитирования, а как это говорится, для понимания. То есть это была такая любезность с его стороны.

Я как-то спросил у одного знающего (человека), почему прекратились такие встречи, и получил ответ: «Да там пока, к сожалению, особо не с кем разговаривать». Сейчас, кстати, по-моему, уже опять есть с кем. Может, такие встречи и возобновятся. Я не исключаю.

Отдаление Путина, постоянные запреты и установление Кремлем тотального контроля над крупными медиа, представленными в пуле, привели к единственно возможному итогу: работа с Путиным с точки зрения журналистики потеряла смысл.

Узкий пул

Вскоре после возвращения Путина на пост президента в Кремле всерьез задумались, нужен ли пул в нынешнем виде вообще. «Больше не нужно, чтобы ездило пять газет, три канала, три информагентства. Чтобы они постоянно были с президентом. Это совершенно не нужно», — разоткровенничался на закрытой встрече со студентами ВШЭ Песков несколько лет назад, на той встрече Песков объяснял это мнение тем, что в последнее время увеличилась скорость распространения информации. Подобные мысли кремлевские чиновники неформально транслировали и журналистам. Сотрудники пресс-службы пересказывали им еще в 2012 году: «Песков не понимает, зачем вас так много, если вы все равно пишите одно и то же», вспоминает один из журналистов.

Хотя ликвидировать пул Кремль пока не решился, зато стал все чаще прибегать к работе с так называемым «узким пулом», то есть приглашать на важные мероприятия всего нескольких проверенных и лояльных журналистов — из государственных агентств, «Коммерсанта» (его почти всегда представляет специальный корреспондент Андрей Колесников), «Комсомольской правды», «Маяка» и некоторых других. Порою эта практика приводит к очень комичным результатам.


Комментарий Андрея Колесникова

Сейчас в кремлевском пуле работать проще, чем раньше, когда пришел, то есть в 2002 году. Сейчас полностью открыто множество мероприятий, про которые раньше такое и предположить было нельзя. Встреча с «Валдайским клубом», например. Раньше я в ночи выуживал информацию о том, что там происходило за закрытыми дверями, у его отдельных отчаянных членов вроде Николая Злобина, которому, видимо, нечего было терять. Теперь это в прямом эфире по «Россия-24», а мы можем в зале смотреть и слушать, можем в пресс-центре. То же самое со встречами с президентскими советами: по межнациональным отношениям, СПЧ и др. Они все раньше были закрытыми, а теперь полностью открыты не только для журналистов, а и для всех желающих (прямой эфир).

Перед многими мероприятиями в первом корпусе сейчас можно поговорить с его участниками. Раньше как-то даже дико было подумать, что ты до начала мероприятия придешь в холл первого этажа и всласть наговоришься с Аллой Пугачевой или с олигархами перед Новым годом.

Еще в 2010 году случился странный конфуз: сразу два информационных агентства — «Интерфакс» и «ИТАР-ТАСС» — передали одну и ту же новость с одной и той же ошибкой. Повод новости состоял в том, что Путин лично сел за штурвал самолета-амфибии «Бе-200», забрал воду из Оки и потушил ею два лесных пожара. Но в сообщении агентств было сказано: Путин летал на «самолете-амбиции». Конечно, два разных агентства не могли совершить одну и ту же ошибку. Ее допустило третье: пресс-служба не захотела брать на борт слишком много журналистов и ограничилась репортером агенства «РИА Новости» Григорием Дубовицким — отчасти эта практика может быть объяснена небольшим числом мест в самолете. Но с условием: он передаст сообщения в редакции других агентств, и они одновременно опубликуют информацию, как будто все они освещали мероприятие. Машинистка, которой Дубовицкий диктовал сообщение, допустила ошибку, и в таком виде оно было разослано во все агентства. В итоге редактор в «РИА Новости» ошибку отследил, а в остальных агентствах на ленту вышел «самолет-амбиция», рассказали «Проекту» журналисты двух агентств, включая РИА «Новости».

Но обычно в «узкий пул» включают не одного, а нескольких наиболее лояльных журналистов, которые никогда не передадут новости о неудачах президента. Как это работает, понятно на примере одного из самых известных событий с участием Путина — полета президента на параплане со стерхами осенью 2012 года. Это была комичная история длиной в несколько дней, вспоминает ее свидетель. Журналистов привезли на Ямал за два дня до предполагаемого события, Путин прибыл на следующий день и для начала совершил тренировочный полет без стерхов. Новость об этом публиковать запретили.


На следующее утро стерхов выпустили, Путин поднялся в воздух, но птицы за ним не полетели — передавать эту новость тоже запретили.

Через несколько часов президент опять взлетел, и на этот раз птицы полетели за ним. Журналисты уже было решили, что их отпустят спать (они жили на судне, пришвартованном на Оби). Но Песков стал махать руками, подзывая репортеров к себе: всех выстроили и к строю неожиданно вышел Путин. «У него блестели глаза, — вспоминает участник встречи. — Тогда он впервые обошел всех и каждому пожал руки». Наверняка про это мероприятие могло бы быть написано немало остроумных репортажей, но сделать это было некому — в узкий пул для его освещения включили самых проверенных, например Олега Осипова, тогда журналиста агентства «РИА Новости», а теперь пресс-секретаря Медведева.

Владимир Путин

С момента полета со стерхами журналисты больше не видели главу государства таким довольным, зато много раз убеждались, что практика «узкого пула» продолжает жить, особенно в сложных для президента ситуациях. В марте 2018 года, вскоре после избрания Путина на четвертый срок, в кемеровском торговом центре «Зимняя вишня» случился катастрофический пожар, погибли 60 человек. Когда глава государства спустя два дня решился полететь в Кузбасс, он взял с собой лишь одного корреспондента — из «РИА Новости», рассказывает журналист пула.


Комментарий Дмитрия Пескова

Практика узкого пула и широкого пула используется постоянно. Зависит от места, объекта, тематики и времени. Например, когда мероприятие проводится в 9-10 вечера, газеты там не нужны, они уже фактически закрылись, проявляют в это время низкий интерес.

Репортаж из дома

24 июня 2015 года на первой полосе газеты «Коммерсантъ», в «шапке» номера (так называется главная статья выпуска), вышел подробный репортаж Андрея Колесникова о встрече президента с членами Общественной палаты. В этом материале как всегда было много деталей и остроумия — Колесников описал детали гардероба участников и реакцию Путина, включая вздохи первого лица. Но в репортаже не было и не могло быть важного элемента всех текстов главной звезды нынешнего кремлевского пула — разговоров автора с участниками. Дело в том, что Колесникова в тот день просто не было в Кремле — там был в тот день корреспондент «Проекта».

Вернувшись в Кремль из Белого дома, Песков довел до абсолюта практику, когда журналистов отгораживают от их ньюсмейкера. Типичное мероприятие стало выглядеть так: журналист приезжает в Кремль или Ново-Огарево, проходит проверку и отправляется в пресс-центр, где проводит несколько часов в ожидании начала. За дверью всегда стоит сотрудник ФСО — он в том числе следит, чтобы журналисты не ушли дальше туалета. Самое большое разнообразие вносят два буфетчика — сотрудники комбината питания «Кремлевский» Управления делами президента, которые приносят бутерброды, а иногда сладости. Тогда у столов, на которые ставят подносы, некоторое время царит оживление, а потом журналисты снова расходятся по своим стульям: дремать, читать или разговаривать. Играть в карты пул в последнее время перестал — любители «дурака» уже давно выяснили, кто сильнейший.


Комментарий Дмитрия Пескова

Мероприятия в пресс-центре многие журналисты смотрят чаще всего, и они, большинство, предпочитают это делать, потому что оттуда они могут вещать в режиме онлайн.

После долгого ожидания начинается мероприятие, но и в это время почти все остаются в пресс-центре: большинство журналистов перестали звать в зал заседания, они смотрят трансляцию на специальном большом экране. Естественно, это привело к тому, что репортеры часто предпочитают и вовсе прогулять событие, тем более, что его обычно можно посмотреть из дома, в трансляции канала «Россия-24». Именно так, вероятно, Колесникову удалось написать репортаж с события, на котором его не было.


Комментарий Андрея Колесникова

Я могу, крайне редко, написать заметку, посмотрев запись на kremlin.ru или по каналу «Россия-24». На самом деле так получается качественней и быстрее. Но все-таки это исключительный случай. Этим пользуешься, например, когда идут два мероприятия подряд, и на одно из них ты точно не успеваешь, а написать про него все равно должен. Тогда можно посмотреть даже по мобильному телефону. Но и в этой ситуации я все равно кому-нибудь звоню и что-то еще выясняю. По-другому это не может быть. Тем не менее именно при работе в «кремлевском пуле» эффект постоянного присутствия чрезвычайно важен. Все знают, что я в отличие от многих никогда не сижу в пресс-центре, а стараюсь пробиться и увидеть мероприятие своими глазами.

Похожим образом устроены мероприятия Путина вне пределов его резиденции. Четыре года назад корреспондент «Проекта», работавший тогда в кремлевском пуле от РБК, отправился с президентом в «укатайку» Пекин-Владивосток-Брисбен. При въезде в правительственный терминал аэропорта «Внуково» журналисты всегда садятся в автобус и получают от пресс-службы множество бумаг. Это списки, в которых указаны мероприятия с участием главы государства и фамилии журналистов, которые могут каждое из событий освещать.Такая практика вполне оправдана: президент в своем кортеже передвигается быстрее журналистов, и они не успеют за ним всюду, тем более, что в зависимости от специфики издания посещать все мероприятия репортерам и не нужно. Однако большая часть событий с участием главы государства все же интересна. Из почти двух десятков запланированных в трех странах мероприятий корреспондент «Проекта» обнаружил свою фамилию всего на одном важном — итоговой пресс-конференции в Брисбене, куда и так допускали абсолютно всех. Также пресс-служба разрешила посетить очень короткое протокольное мероприятие, в ходе которого президент давал команду запустить гидроагрегат Саяно-Шушенской ГЭС. В перечень интересных для освещения мероприятий независимые СМИ, действительно, включают нечасто, а на все претензии представитель Кремля как-то с улыбкой ответила одному из запертых в пресс-центре журналистов: «Зато вы в пуле».


Театр для иностранцев

Во время президентских выборов 2018 года работой кремлевского пула были поражены иностранные журналисты. Кремль тогда решил пригласить несколько десятков корреспондентов международных СМИ в поездки Владимира Путина. «Это очень интересно с точки зрения того, как работает российская политика вообще. Это театр: мы три часа ехали туда, наверно три часа его ждали, еще три часа назад. И все это ради 30-секундной картинки. Мы не каждый день можем это наблюдать», — поражался тогда корреспондент The Washington Post Эндрю Рот.

Все это привело к еще одному закономерному результату. Журналисты, будучи постоянно отрезанными от ньюсмейкеров, перестают проверять получаемую информацию. «Укатайка» Пекин-Владивосток-Брисбен была тяжелой для всей российской делегации: Путина в 2015 году плохо принимали в Австралии на саммите G-20, он проходил на фоне введения против России санкций, и напряженную обстановку разрядила лишь церемония фотографирования мировых лидеров с коалами. В итоге Путин устал быть изгоем и улетел с саммита досрочно.

Журналисты как всегда быстро забежали в свой самолет. Это один из главных навыков для корреспондента пула: взлетать разрешают только после подъема в воздух президентского борта, а он может задержаться на неопределенное время. Стало быть, в стоящем на земле самолете пул может провести много часов, а значит, важно успеть занять несколько кресел — чтобы спать. Но в этот раз такого не произошло — журналисты быстро улетели из Брисбена в Москву с дозаправкой во Владивостоке. По пути журналист Life Александр Юнашев пошутил: Путин везет с собой коалу. Шутку услышал многолетний корреспондент «Комсомольской правды» Александр Гамов, еще одна звезда пула, которому регулярно поручается задать выверенный вопрос на путинских пресс-конференциях. Восприняв шутку всерьез, Гамов отправился передавать сообщение в Москву. И только предупреждение коллег спасло «комсомолку» от конфуза. «А я тебе верил», — немного обиженно подошел к автору шутки Гамов.

Но шутки Юнашева далеко не всегда заканчивались так удачно для объектов его розыгрыша. В июле 2014 года журналисты купались и загорали — был разгар саммита БРИКС в бразильской Форталезе. Между собой они обсуждали важный вопрос: зачем следующий саммит, хозяйкой которого должна быть Россия, решили проводить в Уфе, где нет моря. Так родилась острота о том, что саммит перенесут в Петропавловск-Камчатский — там есть, где поплавать. Этот разговор услышал корреспондент «Газеты.Ru» Рустем Фаляхов и передал в редакцию новость следующего содержания: предстоящий саммит БРИКС перенесут из Башкирии на Камчатку. В этом виде новость была опубликована и какое-то время «висела» на сайте. До тех пор, пока, согласно бытующей в пуле легенде, ее не прочел глава Башкирии Рустэм Хамитов. Новость удалили спустя некоторое время, когда Юнашев позвонил в «Газету.Ru» журналисту Наталье Галимовой и сообщил, что их репортер стал жертвой розыгрыша. Юнашев подтвердил «Проекту» подлинность обеих историй, добавив, что коллеги приняли шутку за правду, потому что привыкли доверять информированности журналистов Life. Галимова подтвердила «Проекту» подлинность истории про саммит БРИКС. Комментарий Фаляхова получить не удалось — его телефон был отключен.

Изгнанники

В 2017 году Кремль без объяснений аннулировал аккредитацию в Кремле сразу двух журналистов «Ведомостей» — Маргариты Папченковой и Александры Прокопенко, причем последняя до этого восемь лет проработала в пуле и часто писала заметки на основе общения со своими источниками. До «Ведомостей» Прокопенко работала в пуле от агентства ТАСС. Она подтвердила «Проекту», что ей отказали в аккредитации. Для исключения из пула к этому времени достаточно было уже просто выделяться энергичностью.


Комментарий Дмитрия Пескова

Действительно, некоторым журналистам отказывается в аккредитации, по соображениям безопасности, как правило. Других подробностей мы не даем.

Год спустя Кремль решил выгнать журналиста из пула просто за невинный вопрос. Корреспондент РБК Василий Маринин после церемонии открытия Крымского моста, не договорившись заранее с пресс-службой, спросил проходящего мимо главу государства о его впечатлениях и заодно уточнил, надо ли строить мост на Сахалин. Путин остановился, ответил, но поскольку теперь общение журналистов с президентом вообще не приветствуется, РБК попросили больше не отправлять Маринина на мероприятия с участием президента, рассказал «Проекту» журналист, знакомый с этой историей. По его словам, через несколько недель в Кремле остыли и передумали исключать его из пула. Маринин от комментариев отказался. Прокопенко, Папченкова и Маринин в журналистике больше не работают.

Отказавшись от общения с пулом, глава государства решил это компенсировать периодическими встречами с главными редакторами, которые в подавляющем большинстве давно приняли правила игры Кремля с их журналистами и безропотно соглашались на их изгнание из пула. Теперь в Сочи к Путину летают они.

***

С переизбранием Путина на четвертый срок в 2018 году Кремль фактически отменил «укатайки». по крайней мере несколько журналистов пула рассказали «Проекту», что уже не менее полутора лет Кремль не организовал ни одной длительной командировки. Например, в начале сентября 2019 года президент летал по маршруту Иркутск — Улан-Батор — Владивосток. Но самолет с журналистами вслед за главой государства в воздух уже не поднимался: теперь в каждый пункт назначения летают разные журналисты — специальных сопровождающих у Путина быть больше не должно. Это хорошо видно на примере газеты «Коммерсантъ»: Андрей Колесников писал репортаж только из Владивостока, визит в Монголию освещал другой автор, а материал из Иркутска в газете отсутствует вообще.

Журналисты кремлевского пула далеко не всегда работали в таких условиях, как описано в этом тексте. Сергей Пархоменко в первой половине 1990-х летал на международные встречи с президентом Борисом Ельциным. Он рассказал «Проекту», как тогда была устроена тогда работа кремлевских репортеров.