Как лидер тамбовских Геннадий Петров управлял российским авиастроением

Как лидер тамбовских Геннадий Петров управлял российским авиастроением
Общество

Как лидер тамбовских Геннадий Петров управлял российским авиастроением

Глава ОПГ был фактическим руководителем ОАК.
09.05.2019

Superjet Sukhoi, оказавшийся после катастрофы в Шереметьево предметом дискуссий, принадлежит «Объединенной авиастроительной корпорации» (ОАК), которая часто оказывается в центре скандалов (можно вспомнить, например, открытое письмо летчиков, возмущенных коррупцией и неэффективным управлением при строительстве Superjet, или скандал с назначением и скорым увольнением из ОАК сына Рогозина). Но самый интересный сюжет — это связь ОАК с Тамбовско-Малышевской ОПГ, лидер которой, Геннадий Петров, как выясняется из прослушек, представляемых в этом тексте, являлся одним из фактических руководителей компании. 

Предыстория. Мафия, Медведев и махинации с ОАК

Холдингом «Сухой» (которому принадлежит SSJ-100) владеет Объединенная авиастроительная корпорация (ОАК), созданная указом Путина в 2006 году для «возрождения отечественного самолетостроения». Ее директором был тогда же назначен Алексей Федоров. Через год Федоров уже плавал на яхте (предположительно, принадлежавшей депутату-единороссу Резнику) вместе с Наилем Малютиным, правой рукой Геннадия Петрова.

Сегодня Наиля Малютина и его напарника Аслана Гагиева (Джако Кровавый) судят в Москве по делу об убийстве их бывшего партнера Андрея Бурлакова — его застрелили в Москве в 2011 году. Гагиев помимо этого преступления обвиняется также в десятках убийств. Подробнее об этих персонажах читайте в материалах «Говорили, что действуют в интересах Медведева» и «Верхний сказал, что подумает». Подельники разработали схему отмывания заемных средств с помощью филиала ОАК — финансовой лизинговой компании (ФЛК).

И Гагиев, и Малютин с ведома Петрова управляли ФЛК и стали авторами махинации, в результате которой они сначала выпустили облигации под гарантии Сбербанка (Герман Греф — также старый знакомый Петрова), а затем на эти деньги купили и обанкротили верфи в Германии, оставив тысячи людей без работы. Позже, уже находясь под арестом, Малютин признал в интервью The Insider, что за некоторыми из офшоров в сделке по покупке верфей «стояли интересы Дмитрия Медведева». Теперь в законности этих сделок разбирается немецкое следствие.
 
Как мафия рулила авиацией, прослушки

В 2007 году до заведения уголовных дел было ещё далеко. Проживая в основном на Майорке, Геннадий Петров и Наиль Малютин были полны творческих планов «по кораблям и самолетам». Именно Малютин собственноручно писал некоторые постановления правительства России на эту тему и вел переписку с государственными НИИ. Партнеры старались прямо не проговаривать все детали по телефону, поэтому испанским следователям понадобилось более года прослушек, чтобы понять, о чем идет речь.

16 сентября 2007 года, находясь на яхте на Майорке, Наиль Малютин звонит Петрову по телефону:

«Я сейчас на лодке, как и хотели, жалко, что вас нету. Торгпред приезжал, мы с ним здесь поплавали, ну и сейчас вот с Федоровым тоже катаемся»…

Как следует из других прослушек, полученных следствием в Испании, Федоров оказывается «Федоровым из ОАК». ОАК тогда была недавно созданной компанией, Алексей Федоров обещал построить тысячи самолетов, возродив отечественный авиапром.

24 октября 2007 года Наиль Малютин обсуждал с Геннадием Петровым, как продвигать Федорова дальше:

Малютин: — Тут по самолетам мне пришло с Минтранса. Доработать, проработать там. На 13-е ноября Госсовет готовится. Вы не встречались еще?

Петров: — Ну вот завтра буду встречаться. Тебе отзвонюсь.

Малютин: — Нам главное сейчас Федорова туда завести, чтобы полегче было.

Петров: — Главное, чтобы сказали добро, а потом доведем…

Малютин: — Так а если его завести, это и будет добро.

Петров: — Нет, сначала надо договориться, чтобы его завести.

Малютин: — Ну да, я и говорю, чтобы его завести, а оттуда уже весь бизнес мы построим.

Петров: — Ну завтра начну говорить.

Малютин: — Геннадий Васильевич, у нас два вопроса: пароходы и самолеты.

Петров: — Вопрос номер один — все равно самолеты, я так понимаю.

Малютин: — Ну да. В общем, я жду. Понимаете, пришел документ с Минтранса, с ГосНИИ, одобрить, не одобрить, а я как мог одобрить без вас? Пока никак…

Через неделю, 1 ноября 2007, Наиль Малютин звонит Геннадию Петрову. Разговор опять идет о Федорове. Выясняется, что проекты указов правительства РФ пишет Малютин:

— Геннадий Васильевич, как вы там? Нет новостей?

— Наиль, ну я думаю, что до субботы в любом случае будет информация.

— Я просто хочу следующую как бы ситуацию, я просто хочу, чтобы вы тоже в курсе были. Вчера я был у Федорова в ОАКе, мы вчера постановление уже написали, указ написали — проекты, то есть, постановления и указа. Там Левитин поддержал, Иванов Сергей Борисович, он одобрил, и мы сейчас готовим ОАКом, ну внутри, это Федоров там, уже готовим документы на выход. Там сейчас ситуация гораздо легче. У нас один только вопрос может интересовать, надо бить как бы в точку. Я считаю, что не надо ничего просить, никаких тем, кроме одной: надо завести Федорова туда к нему, чтобы он понимал, что он может на него опереться. И все остальное уже сами решим со всеми проблемами.

— Наиль, именно об этом разговор и был.

— Причем он все равно в его подчиненности, в его ведении, но надо, чтобы это было напрямую. Когда тот будет знать, что у нас есть взаимоотношения, есть канал, он, естественно, ни влево, ни вправо — он же не самоубийца, он все понимает. И нам будет легче решать все вопросы. Сам Федоров будет понимать, что поддержка есть и будет везде с открытым забралом ходить. А мы через него будем все прокладывать.

— Это все понятно, это все проговорили, сейчас жду ответа.

— Я просто хочу, чтобы вы были в курсе. Любые нестыковки могут показать, что вы не в материале. А это не правда. Вы в материале. Вы на этой теме. Вы рулевой обоза, а мы все — только снаряды подносить. Я — протирать, остальные — подносить.

Кто такой загадочный «он», который должен выдать протекцию Федорова после разговора с Геннадием Петровым? По всей видимости, имеется в виду давний знакомый Петрова Анатолий Сердюков (на тот момент министр обороны).

Как уже писал The Insider, главными контактами Петрова в правительстве и спецслужбах были на тот момент министр обороны Анатолий Сердюков, которого тамбовские в разговорах называют «Толик», «Первый», а также его тесть Витя (на тот момент премьер-министр Виктор Зубков). Петров общается с подчиненным Сердюкова на тот момент, а ныне главой Службы экономической безопасности ФСБ Сергеем Королевым. Его в разговорах называют в основном «Болтай-нога» и «Гуляй-нога».

26 ноября Геннадий Петров разговаривает с сыном Антоном о Федорове и Наиле Малютине :

Геннадий Петров: — Вчера ездил к Болтай-Ноге, там это… был там Минаев, стрелок, снайпер.

Антон Петров: — Это зам его.

 Геннадий Петров: — Зам кого? Толика?

Антон Петров: — Да, да. Официально работает замом у него.

Геннадий Петров: — А, я даже не знал. Я спросил его «генерал что ли?» Он говорит: «да нет, снайпер» (смех).

Антон Петров: — Ну он у него много что решает. Правая рука его. Говорят, что ничего не понимает особо в работе, но правая рука его.

Геннадий Петров: — Да? Ну наверное.

Антон Петров: — Наиль что-то звонит, чтобы я с ним увиделся сегодня.

Геннадий Петров: — Я тебе говорю вот, я же когда встречался с Первым (Анатолий Сердюков), я все вопросы задал, по Наилю то же самое. Ну и тот говорит, пускай. Единственное, по поводу Федорова, он говорит, вроде непонятный такой, но пускай объяснит, что надо, если в пользу дела, то все будет сделано.

25 марта 2008 года Наиль Малютин звонит Геннадию Петрову, который в это время находится в Петербурге и в ближайшее время в Испанию не собирается. К тому моменту Федоров их чем-то перестал устраивать. Нужно «назначить Погосяна».

Наиль Малютин: — Геннадий Васильевич, спешу доложить, верфи куплены!.. Я 30-го прилечу, сразу в поезд и к вам. Сергей завтра прилетит, он будет разговаривать на этот предмет. Я его попросил, чтобы поскорее с Федоровым решить вопрос и назначить нашего Погосяна, продвинуть.

Геннадий Петров: — Я понял.

Наиль Малютин: — Для нас это сейчас будет самое главное подспорье, чтобы мы могли решать вопрос так, как нам надо. А то Федоров уже звонил, интересовался активом. Он не понимает, чей это актив, б…, а уже интересуется.

Геннадий Петров: — Ясно.

Наиль Малютин: — А то, «что вы там купили, а что не купили». Ему еще буду рассказывать, что мы там купили и не купили. Самое главное, что акции в цене повысились, не упали, а повысились.

Геннадий Петров: — Сам-то как, нормально?

Наиль Малютин: — Да нормально, устал маленько. Бегаю тут, всякими делами занимаюсь, с телефона не спрыгиваю. Андрей-то — сейчас в Норвегии, в Осло он подписывал договор. Все время руку на пульсе, тяжело, все же надо проконтролировать правильно.

Геннадий Петров: — Ну что, тебя поздравляю, Наиль.

Наиль Малютин: — Взаимно, Геннадий Васильевич. Сейчас Сергей как приедет, надо будет с ним переговорить правильно. Ключевой момент — надо Федорова успокоить, убрать его оттуда. А там же у нас теперь есть, чем делиться, и остальное… Потому что на этой компании все завязано вокруг нее. А пока там этот Федоров командует, а нам не надо, чтобы он там. Ну, Геннадий Васильевич, что я вам рассказываю, вы все сами знаете…»

Из следующего разговора, произошедшего 27 марта 2008, между Наилем Малютиным и Геннадием Петровым, становится понятно, для чего тамбовским понадобилось войти в филиал ОАК — Финансовую лизинговую компанию (ФЛК). Партнеры обсуждают, что просто так займы сейчас никто не дает, а вот на покупку верфей кредиты выдали, а потом их удалось украсть. Разговор опять начинается с обсуждения протекции некого Сергея — здесь, возможно, речь о Сергее Морозове, он же Аслан Гагиев, он же Джако Кровавый, главарь одной из самых кровавых российских банд.

Наиль Малютин: — Сережу не слышали, не видели?

Геннадий Петров: — Вот я и сегодня звонил, пока ни хрена что-то, но найду обязательно. Слушай, Наиль, а как вообще он может ходатайствовать, он же там не при делах, ни при чем.

Наиль Малютин: — Кто-то ?

Геннадий Петров: — Ну смотри. Твоя фирма и купили вы на фирму. Ну а как, будут говорить, что при каких делах он-то?

Наиль Малютин: — Все очень просто. Мы купили это на фирму. Сейчас это надо реализовывать так, как мы договаривались. Продаем ли мы это туда в ОСК . Мы же это все равно все будем продавать. А ту долю, которую оставим, мы ее переведем на компанию, которую надо будет делать .

Геннадий Петров: — Это понятно. Я просто для себя так спрашиваю.

Наиль Малютин: — Так а ничего ж не поменялось. Ее надо было покупать на компанию, которая имеет отношение… Ну, чтобы на заемные деньги купить. А дальше, как мы договаривались.

Геннадий Петров: — Все, понял.

Наиль Малютин: — Сейчас уже пришла пора разговаривать о том, о чем говорили с Сергеем, о продаже этих акций, о том, чтобы заработать на этом, себе бизнес сделать. А для этого нужны какие-то шаги. В первую очередь, сказать: «да, имеем непосредственно к этому отношение».

Геннадий Петров: — Я про это и говорю, ему же там наверху нужно говорить.

Наиль Малютин: — Ну правильно, но эту компанию — ФЛК — надо рассматривать как инструмент просто, ни больше ни меньше.

Геннадий Петров: — Правильно говоришь.

Наиль Малютин: — Под честное слово же не дадут. Вы сами знаете, кучу бумаг надо показать, иначе же просто так денег не дадут. А сейчас еще надо показать, что вернешь.

Схема вывода государственных денег посредством ФЛК (из документов испанского следствия)

Михаил Погосян, как этого и хотели тамбовские, в 2011 году был назначен главной ОАК, сменив Федорова. Именно  Погосян, пришедший из «Сухого», считается главным отцом-основателем «Суперджета».  Петров же в 2011 году, отбыв предварительное заключение в Испании, неожиданно был выпущен под домашний арест и затем подписку о невыезде. После чего он попросил о поездке в Россию и больше оттуда не вернулся. Сейчас Петров находится в международном розыске, но вряд ли это ему мешает (во всяком случае, бизнес-империя его сына в России не пострадала).

А другой герой прослушек — Толик (Анатолий Сердюков) с конца 2018 года стал отвечать за реорганизацию ОАК в «Ростехе». Согласно указу Путина, «Росимущество» должно передать «Ростеху» 92,31% акций в течение ближайших 18 месяцев. «Это важнейший момент для авиационной промышленности. В результате интеграции ОАК с предприятиями авиационного кластера „Ростеха“ создается авиастроительное объединение национального масштаба — крупнейшее в России», — заявил глава «Ростеха» Сергей Чемезов.

Как ранее писал The Insider, Анатолий Сердюков в 1993–2000 гг. был заместителем гендиректора питерского АО «Мебель-Маркет», причем, по словам источника The Insider в ТПП Петербурга, этот мебельный магазин «отжали» у предыдущих владельцев, а сам Сердюков «входил в Малышевское движение, тренировался в малышевском зале» (де факто именно Геннадий Петров был главным в Малышевской ОПГ). Затем Сердюков нанялся на работу к Зубкову, который был в 1993–1999 гг. начальником Государственной налоговой инспекции по Петербургу. Сергей Королев (тот, что теперь отвечает за экономическую безопасность в ФСБ) работал в ЧОПе, который предоставлял охранные услуги «Мебель-Маркету», так они познакомились. Скандалы вокруг дела «Оборонсервиса», а также испанское дело тамбовско-малышевских никак не повлияли на карьеру Королева, Сердюкова и Петрова. Под следствием оказались только Гагиев и Малютин, «протиравшие снаряды». А Объединенная авиастроительная корпорация была и остается в одних и тех же надежных руках.