Как беглый банкир Герман Горбунцов монетизировал компромат

Как беглый банкир Герман Горбунцов монетизировал компромат

Как беглый банкир Герман Горбунцов монетизировал компромат
Сайт «Crime Russia», телеграм-канал «ВЧК-ОГПУ» и дело о вымогательстве журналиста «Росбалта» Александра Шварева

Оригинал этого материала
© URA.ru, 27.12.2019, Силовики добрались до короля компромата, Фото: «МК», URA.ru, РИА «Новости», expert.ru

Арсений Ваганов

Герман Горбунцов

В середине декабря в Москве было возбуждено уголовное дело по обвинению в крупном мошенничестве беглого банкира Германа Горбунцова. Бизнесмена подозревают в организации преступной группы, захватившей активы убитого пять лет назад миллиардера Александра Минеева. Обвиняемый сейчас живет в Лондоне и недосягаем для российских силовиков, которые, как считается, долгое время пользовались его услугами. Федеральные СМИ сообщают, что Горбунцов известен тем, что фигурировал в массе грандиозных по резонансу уголовных дел, однако всякий раз оказывался всего лишь свидетелем и выходил сухим из воды.

Беглый банкир интересен не столько своими специфическими связями с силовиками, сколько их монетизацией. «Феномен Горбунцова заключается в том, что он использовал получаемую от людей в погонах информацию, сливая ее на площадки с компроматом. А это уже отдельный бизнес, позволяющий зарабатывать на публикации и, что важнее, на снятии „токсичной“ информации», — рассказывает один из участников рынка компромата.

По его словам, бизнес строится на управлении площадками по «корректировке репутации» — сайтами и телеграмм-каналами, оказавшимися на пике популярности пару лет назад. В частности, Герману Горбунцову «вменяют» управление сайтом «Crime Russia» (rucriminal.info) и публикующим компромат для своих 27 тысяч подписчиков телеграмм-каналом «ВЧК-ОГПУ». Другим персонажем, чье имя связывают с этими площадками, является Александр Шварев, журналист ИД «Росбалт» и по совместительству администратор целого ряда компроматных ресурсов. Имя Шварева стало широко известно после того, как он стал фигурантом сразу двух уголовных дел — за клевету и вымогательство через тот же сайт Crime Russia. Новые приключения Горбунцова и Шварева вкупе с делом еще одного скандального «медиаменеджера» Александра Устинова заставляют обратить внимание на российский рынок компромата.

По расценкам, актуальным еще несколько месяцев назад, стоимость размещения компромата на сайте посещаемостью до 10000 посетителей начинается от 500 долларов, снятие материала — в два или три раза дороже. Стоимость услуг по «коррекции репутации» в Интернете пропорциональна посещаемости и раскрученности. В частности, по такой технологии, работал вышеупомянутый уральский журналист Александр Устинов. Ему вменяли управление сайтами ustav.net, rupolit.net, kompromatural.ru, compromat.ws, glavk.info и им подобных, а также ряда телеграмм-каналов вроде «Устинов троллит», «Новостная телега» и другие. На этих ресурсах он пытался вымогать с федеральных политиков и бизнесменов суммы от 5 000 до 25 000 долларов.

Александр Устинов

Опрошенные «URA.RU» эксперты уверены, что рынок специфических информационных услуг всегда имел и спрос, и предложение. В пользу этого говорит 20-летняя история проекта «Компромат.ru» Сергея Горшкова, где публикуются наиболее острые материалы, в большинстве своем ранее опубликованные в других СМИ. При этом наблюдатели предлагают разграничивать компроматные площадки по степени токсичности и криминальности. А градус токсичности площадки может повышаться пропорционально степени ее анонимности.

Информационная среда диктует не только ограничения, но и возможности. В связи с тем, что российские власти продемонстрировали способность эффективно блокировать работы сайтов (ряд ресурсов Устинова уже недоступен), их операторы по сливу компромата в последние пару лет мигрируют в сторону пока еще анонимных телеграмм-каналов.

«Требований к площадке для публикации чувствительной информации ровно два. Во-первых, материал должен быть прочитан максимально большим количеством читателей и, во-вторых, чтобы заказчику компромата и его распространителю за это ничего не было, — объясняет реалии екатеринбургский пиарщик Платон Маматов. — И все понимают, что создатели телеграмм-каналов, в отличие от хозяев сайтов, действительно могут быть недоступны для деанонимизации. Но суть такого бизнеса — извлечение прибыли, поэтому слабый момент всего процесса — передача денег за исполнение заказа. Тогда-то, как показывает практика, и происходят все неприятные вещи в виде арестов».

Наш вышеупомянутый анонимный собеседник уточняет что, разумеется, операторы площадок деловые предложения на встречах оффлайн не решают. Более того, подобные предложения расцениваются как провокация.

Несколько иной взгляд на ситуацию имеет екатеринбургский адвокат Павел Бабиков. По его мнению, спрос на анонимные сайты и ресурсы падает, поскольку «информационных помоек» в последнее время создано слишком много. «По моим наблюдениям, сейчас потенциальному заказчику, заинтересованному в освещении той или иной информации, эффективнее иметь дело с зарегистрированным СМИ. Это, как минимум, оправдано действующим законодательством: сообщение в зарегистрированном издании служит полноценным поводом для проверки силовиков. Чаще всего, это бывает единственной целью публикации. На телеграмм-канал российские правоохранители реагировать не будут. Чуть иное дело — привлечение к ответственности, например, за клевету владельцев площадки. В гражданском порядке доказать причастность того или иного человека к порочащей информации невозможно. Получить доказательства можно лишь в рамках возбужденного уголовного дела, когда можно прийти с обыском, изъять смартфон и зафиксировать факт соединения с сервером», — рассказывает Павел Бабиков. Но, по его словам, для этого нужно иметь силовой ресурс в виде МВД или СКР.

Впрочем, для многих дельцов рынка компромата их деятельность закончилась печально. Тот же Устинов, оказавшийся за решеткой в 2018 году, оказался не первым и не самым знаменитым оператором компроматных площадок, которым заинтересовались правоохранительные органы. В 2008-м на восемь лет колонии за вымогательство был осужден бывший главный редактор журнала Jeans Олег Лурье.

Олег Лурье

Такой же срок получил и экс-заместитель главного редактора «Независимой газеты» Борис Земцов, который по данным следствия вымогал деньги у ни много ни мало целого министра сельского хозяйства. Цену своего молчания Земцов якобы оценивал в 30000 долларов ежемесячно.

Борис Земцов

Вполне вероятно, что подобная же участь ожидает и партнера Германа Горбунцова Александра Шварева, обвиняемого в вымогательстве 50 тысяч долларов за удаление из интернет-ресурсов компрометирующих публикаций. Журналист, которому предъявлено обвинение, как и Горбунцов уехал за рубеж — в Латвию. А в ноябре Мосгорсуд признал законным его заочный арест.

Ну, а пока горбунцовский rucriminal.info, как и сонм других подобных ресурсов, продолжает работать. А вместе с ними процветает и основанная на вымогательстве бизнес-модель компроматных ресурсов. Однако правоохранительные органы идут по их горячим следам, и очевидно, новые посадки вымогателей всего лишь дело времени.

***
Прецедент Шварева
Как дело о вымогательстве за удаление компромата дошло до статьи об ОПГ и международного розыска

Оригинал этого материала
© «РАПСИ», 06.12.2019, Рынок компромата: прецедентный процесс для журналистики

По мнению экспертов, судебное решение по этому делу может создать важный прецедент для решения актуальной задачи борьбы с рыночной схемой вымогательств, сложившейся в России вокруг интернет-площадок с публикациями компрометирующей информации.

Журналист-расследователь «Росбалта» Александр Шварев обвиняется в вымогательстве, создании организованной преступной группы и клевете. Ему грозит штраф до 5 миллионов рублей, а также лишение свободы на срок до 15 лет.

Поводом для уголовного преследования стала публикация дискредитирующей информации, порочащей честь и достоинство казахского предпринимателя Кенеса Ракишева, с целью давления на него.

На сайте rucriminal.info, специализирующемся на распространении компромата (следствие подозревает, что Шварев может являться одним из его владельцев или бенефициаров), была выложена статья по мотивам перестрелки у московского ресторана «Элементс», в результате которой был арестован «вор в законе» Шакро Молодой.

На требование пресс-службы бизнесмена удалить ложную информацию о связях Ракишева с участниками этого инцидента, по данным следствия, Шварев запросил 50 тысяч долларов. В случае отказа журналист, как говорится в материалах дела, «угрожал продолжить распространять ложные и дискредитирующие предпринимателя сведения».

Тверской суд Москвы 11 ноября избрал в отношении Шварева заочный арест сроком на два месяца, который будет исчисляться с момента экстрадиции либо задержания обвиняемого. Шварев, со слов своих защитников, в данный момент находится в Латвии.

Это не первое уголовное дело для Шварева и «Росбалта», связанное с клеветой. Этот факт позволяет рассматривать судебное дело как формирование прецедента в отношении правового регулирования рынка компромата, сформировавшегося в России.

Действующие в России законы должны предотвращать их деятельность. Однако, как отмечают эксперты, несмотря попытки оперативно блокировать ресурсы, их выручка растет благодаря системе «зеркал», аналогичных сайтов, зачастую принадлежащих одной группировке, а также каналам в соцсетях и мессенджерах, которые заблокировать гораздо труднее, а порой, как в случае с Telegram, невозможно.

Например, в заявлении потерпевшего по другому делу против Шварева перечисляется около полутора десятков сайтов с компроматом, а также украинских новостных ресурсов, где он размещал компромат для вымогательства.

В этой ситуации особое значение приобретает оценка судом масштаба преступления.

«Случаи вынесения обвинительных приговоров по статье 163 Уголовного кодекса РФ (вымогательство) в отношении журналистов или блогеров, использующих угрозу черного пиара и компромата (сведений, позорящих потерпевшего) являются достаточного резонансными, но не такими частыми», — указывает адвокат Александр Зорин.

«Вместе с тем, изучая конкретную индивидуализацию и дифференциацию наказания по этим приговорам, следует прийти к выводу, что назначаемое журналистам (блогерам) за вымогательство наказание характеризуется достаточно длительными сроками реального лишения свободы. Это связано с тем, что квалифицирующим признаком вымогательства является крупный размер (250 тысяч рублей), а особо квалифицирующим — особо крупный размер (свыше 1 миллиона рублей), а вымогаемые денежные средства, как правило, выше этого размера.

Для примера назначенного судами первой инстанции наказания журналистам (блогерам) за вымогательство достаточно вспомнить следующие резонансные уголовные дела: Юлия Пелехова — 7,5 лет лишения свободы в колонии общего режима (вымогательство 100 тысяч долларов), Олег Лурье — 8 лет лишения свободы строгого режима (вымогательство 50 тысяч долларов), Борис Земцов — 8 лет колонии строго режима (вымогательство 40 тысяч долларов), Валерий Усков 3 года колонии строгого режима (вымогательство 1 миллиона рублей), Александр Валов — 6 лет лишения свободы в колонии общего режима (вымогательство 300 тысяч рублей), Дмитрий Бегун — 6 лет в колонии строгого режима (вымогательство 3 миллионов рублей), Сергей Топчий — 7 лет лишения свободы условно (вымогательство 2 тысяч долларов), Шафик Амрахов 6 лет в колонии общего режима (вымогательство 80 тысяч рублей), Андрей Корецкий 3 года условно (вымогательство 400 тысяч рублей), Алесей Назимов 4,7 лет колонии общего режима (вымогательство 150 тысяч рублей)», — рассказал РАПСИ Зорин. […]

Адвокат потерпевших в этом деле Сергей Березовский сразу после вынесения приговора говорил о необходимости использовать резонанс этого дела для внесения поправок в закон о СМИ, касающихся интернет-сайтов. «Ведь сейчас только печатные СМИ должны проверять достоверность информации, а сайты руководствуются единственным критерием — интерес читателей», — отмечал Березовский.

Эти жесткие судебные решения на некоторое время приглушили активность вымогателей. Однако спустя 10 лет, несмотря на принятие нескольких регулирующих распространение информации в рунете законов и поправок, рынок компромата снова приобрел угрожающие масштабы. В эпоху постправды это проблема приобретает государственный масштаб. По мнению экспертов, повлиять на нее сегодня под силу, пожалуй, только суду.