Илья Сачков: зачем джентльмену Maybach

Бизнес

Илья Сачков: зачем джентльмену Maybach

В новом выпуске «Правил потребления» эксперт в области расследования киберпреступлений и основатель компании Group-IB Илья Сачков рассказывает о том, почему в России правильнее снимать квартиру, об атрибутах джентльмена и образах выдающихся детективов, помогающих ему в работе.
30.09.2019

Чтобы разобраться, как современные предприниматели строят отношения с деньгами, Forbes Life запустил рубрику «Правила потребления». На этот раз мы поговорили с ярким представителем бизнесменов новый волны — Ильей Сачковым, основателем компании Group-IB, которая сегодня предотвращает и расследует киберпреступления во всем мире. Его история началась 16 лет назад, когда он вместе с однокурсниками с кафедры информационной безопасности Бауманского университета основал собственное агентство по расследованию высокотехнологичных преступлений. За годы работы стартап превратился в одного из индустриальных лидеров на рынке кибербезопасности со штаб-квартирой в Сингапуре и уникальными технологиями, позволяющими охотиться за киберпреступниками. В 2016 году Илья Сачков вошел в список самых перспективных предпринимателей до 30 лет в мире по версии американского Forbes в категории Enterprise Tech, которую в 2011 году представлял Марк Цукерберг.

Большое искусство предпринимателя — вырываться на свободу

Когда начинаешь свое дело, думаешь, что свободы станет больше. Все ровном счетом наоборот. Это большое искусство предпринимателя — вырываться на свободу. Компания становится твоим детищем, ты занимаешься им 24/7. Я всегда стремлюсь к идеалу, вижу сны про работу, просыпаюсь ночью и снова думаю о том, как сделать что-то еще лучше, еще эффективнее, еще круче. В моем случае предпринимательство выросло из хобби, став отчасти даже вынужденной мерой по масштабированию моего увлечения. Если бы на первом курсе я получил грант от государства или университет выделил лабораторию и фондировал ее деньгами, я бы не стал предпринимателем. Но когда меня не взяли на работу в полицию (тогда еще милицию), я понял, что другого пути нет, кроме как создать свою собственную компанию — так и возникло investigation bureau — расследовательское бюро, впоследствии Group-IB. В 8-м классе я приобрел забавный предпринимательский опыт: продавал программку с переделанной специально под нашу школу компьютерной игрой. Я понял алгоритмы хранения файлов в игре и переписал уровни и героев: вместо классических монстров в ней было можно охотиться за «монстрами», непосредственно связанных с нашим учебным процессом. Видимо, уже тогда я встал на путь Threat Hunting Intelligence (дословно: охота за киберугрозами и киберразведка). Моя идея вызвала неподдельный интерес у одноклассников. Дискета продавалась за 15 рублей.

Мой герой — это человек в черном костюме, следователь Дейл Купер из Twin Peaks

Одна из важных статей расходов в моей жизни — это деловая одежда, в первую очередь костюмы. Я считаю, что руководитель компании по кибербезопасности, ведущий расследования и встречающийся с директорами по безопасности, обязан носить качественные классические костюмы. Поэтому одежду я шью на заказ. В эту же категорию расходов входит все, что связано с мужскими, джентльменским аксессуарами: галстуки, обувь, ремни, часы. Возможно, это разрыв шаблона о молодых предпринимателях. Они, например, не носят дорогих часов. А вот моя профессия и стиль, наоборот, к этому располагают. Такой облик отвечает представлениям большинства заказчиков и представляет собой некую геймификацию моей деятельности. Мой герой, как я его представляю, — это человек в черном костюме, следователь из Twin Peaks Дейл Купер. Помимо костюма, у него есть часы, вероятно, стоимостью не меньше нормальной американской зарплаты. Первые часы у меня были от Tommy Hilfiger, они появились в 2004-м и стоили 6000 рублей — тогда для меня это была крупная сумма. Сейчас ношу Parmigiani Fleurier и как их бренд-амбассадор другие часы носить не могу. Мне повезло, что определенные элементы и аксессуары вписываются в образ, связанный с расследованиями киберпреступлений. Да, наверное, кому-то покажется, что я играю в агента: иногда я Пинкертон, где-то Шерлок Холмс, где-то агент Купер.

Оставляю памятные «засечки» на жизни

Еще одна важная категория — это спорт, спортивные девайсы, в первую очередь кроссовки для бега — для полумарафона, «Гонки героев». Я начинал с обычных любительских кроссовок, чуть не порвал себе ахиллово сухожилие и после этого начал тщательнее выбирать обувь для бега. Теперь у меня порядка 12 пар кроссовок, ношу их в зависимости от дистанции, температуры. Следующая категория расходов — здоровье. Это расходы на исследования, которые иногда выходят за рамки страховки. Моя работоспособность напрямую связана со здоровьем. Например, у меня были проблемы со сном, я не мог спокойно заснуть, нормально выспаться, поэтому изучал свое здоровье, пока не решил проблемы. Как только что-то начинает болеть, я стараюсь понять, из-за чего это происходит. Четвертая статья расходов — это отдых и приключения, связанные с яркими впечатлениями. Это то, что учит меня чему-то новому, вдохновляет, оставляет памятные засечки, следы о том, что жизнь проходит. Стараюсь их делать не в тупом формате, например, если это день рождения, то непременно вечеринка. Мой прошлый день рождения прошел на крыше на Цветном бульваре, в импровизированном театре «Кандидат», который создал Федор Елютин. Гости пришли не на день рождения, а в театр. Это был сюрприз. У них на приглашениях значилось «Кандидат Сачков 32, приходите». Они все стали участниками иммерсивного шоу, в которое вовлекается вся аудитория, и пережили уникальный опыт того, как легко человек способен изменить свой выбор, в зависимости от ситуации и контекста, как наш мозг нас обманывает. Такие истории я очень люблю.

В России надо быть классиком

Весь июль я пробыл в Сингапуре без машины и водителя, что было невероятно комфортно. Там чуть более удобная система такси и общественного транспорта, и никто не будет возражать, если ты придешь в поло, а не в костюме. Пожалуй, в Сингапуре людей можно обидеть только шортами. В России все-таки надо быть «классиком». Более консервативны только англичане. Однажды у нас произошла неловкая ситуация, когда мы встречались с английской полицией: я был в галстуке, а мой коллега — в костюме, в рубашке, в ботинках, с ремнем, чистенький, выбритый, но без галстука. На следующий день мы поехали в другой город на встречу с одной английской компанией — с их сотрудниками, отвечающими за безопасность, при этом совсем не из среды правоохранительных органов. Но коллеги из английской полиции уже успели им сообщить, что наш человек явился на деловую встречу без галстука. С тех пор прошло много лет, но они до сих пор помнят вопиющее нарушение британских традиций. Эти игры, связанные с джентльменскими аксессуарами, со временем уходят из истории человечества. Вспомним совсем старые атрибуты джентльменов: трость или некоторые виды шляп или кепок с острыми козырьками. Окружающие решат, что ты, вероятно, нездоров, если выйдешь с ними на улицу. Хотя я пару вечеров прогуливался возле своего дома с тростью, а однажды и в белогвардейской форме на 7 ноября, на День согласия и примирения. Мои друзья даже подарили мне открытку, на которой «вмонтировали» мое фото в кадр из сериала «Белая гвардия» с Пореченковым и Хабенским.

Я всегда говорю моим сотрудникам: «Ребята, вы просто посчитайте»

Для нашего поколения характерен принцип rent not buy — экономическая теория современной урбанизации позволяет значительно дешевле брать в аренду некий объект, чем иметь его во владении, — это правило касается и luxury-сегмента, и это отличие молодых предпринимателей от бизнесменов старой школы, которые под себя заказывают яхты и самолеты. Элементарный пример проживания в Москве показывает: если у человека есть 10 млн рублей, то правильная инвестиция в несколько портфелей позволяет ему снимать квартиру стоимостью 100 000 рублей в месяц. При этом квартира с ежемесячной арендой в 100 000 рублей всегда будет стоить значительно дороже 10 млн рублей. Таким образом, правильное инвестирование 10 млн рублей позволяет отвлечь их от инфляции и жить в более комфортабельной квартире, чем та, которую вы бы купили за эту сумму. Такая несложная калькуляция приводит к слому шаблона, доставшегося нам от родителей. Люди не умеют считать. Я живу в съемной квартире в самом центре Москвы с потрясающим панорамным видом. Пассивный доход с моих инвестиций генерирует мне деньги, за которые я и снимаю жилье. Это шок для наших сотрудников, которые периодически приходят подписывать документы для ипотеки. Я им всегда говорю: ребята, вы просто посчитайте. Но все равно свой отпечаток накладывает и воспитание, и общественный диктат по поводу недвижимости.

Я бы не купил Maybach, если бы не российский менталитет

Я следую правилам книги Роберта Кийосаки «Бедный папа, богатый папа», распределяя большинство денег по разным портфелям и в инвестировании играю в очень простые игры, за исключением сложных манипуляций с криптовалютой. Именно криптовалюты позволили мне купить достаточно дорогую машину — Maybach. Я остановил свой выбор на нем по нескольким причинам, это история не про понт, а про комфорт работы. Я очень много работаю в машине, это мой второй рабочий офис — с выдвигающимся столом, за котором можно писать и работать. В ней комфортно спать, что крайне важно для меня как человека, который спит мало и плохо. А с учетом того, что я очень много передвигаюсь по городу, я становлюсь таким образом более эффективным для компании. Но я бы не покупал Maybach, если бы не российский менталитет у предпринимателей старой волны, среди которых много наших клиентов. Есть классический взгляд представителей старой школы, они смотрят, на каком автомобиле ты приехал, на твой телефон, бросают взгляд на твою руку с часами и заглядывают под стол, оценивая обувь. Наверное, существует код минимальных затрат, которому они следуют. И вряд такие люди могут позволить кому-либо управлять большим процессом, связанным с безопасностью и огромными деньгами, если вы не соответствуете их понятиям о том, как должен выглядеть партнер по бизнесу. Я это не поддерживаю, но играю по этим правилам.

Я живу в истории капитализации денег

Я вообще не покупаю вещей вне названных категорий. Я не покупаю предметов искусства, недвижимость, слишком дорогие подарки, на питание очень ограниченно трачу деньги. Я живу в истории капитализации денег. Деньги, потраченные сейчас, стоят меньше, чем деньги, вложенные в будущее. Всякий раз я думаю, потратить ли мне на что-то условные 12 000 рублей? Либо на эти 12 000 рублей лучше сейчас купить акций или крипты, которая будет расти? Я выбираю второе, потому что рассчитываю на пассивный доход, с которого могу совершить траты. Как только деньги мне приходят в виде зарплаты на карточку, 60% этих денег уходят сразу в инвестиционный пакет. Бывают периоды, когда просто на жизнь я трачу не более 40 000 рублей в месяц.

Большое искусство работодателя — учесть интересы нескольких поколений

Чтобы компенсировать профессиональные перегрузки в моей жизни, я езжу вожатым в детский лагерь «Полюс» под Подольском в группы с детьми возраста 11–12 лет. Раз в год короткие смены, на которые выпадают школьные каникулы — зимой, осенью либо весной. Это еще довольно прагматичный способ бороться с дисбалансом, потому что детский лагерь позволяет провести диджитал-детокс. Педагогическому составу запрещено пользоваться мобильными телефонами, и времени на работу не остается, поэтому нет ни ни звонков, ни деловой переписки. Я вижу совершенно другое поколение — с иной музыкой, мультиками, фильмами, детскими блогерами. Это удивительно, предыдущее поколение детей, с которыми я ездил вожатым в 2013 году, еще смотрело советские мультики — и «Капитана Врунгеля», и «Остров сокровищ», и «Падал прошлогодний снег». Последнее поколение пропустило и их и прошло уже даже мимо покемонов — в последнюю смену мы столкнулись с проблемой, что часть креативного педагогического состава не воспринималась детьми. Как работодатель я преследую и прагматический интерес к этому новому миру — общение с детьми позволяет мне понять их интересы — в Group-IB сегодня работают четыре или пять поколений. Большое искусство — учесть интересы всех, когда, например, мы организуем корпоративные мероприятия. Если мы пригласим, например, группу «Крематорий», которая мне нравится, мы потеряем 90% сотрудников.

Дела в истории капитализируются больше, чем деньги

Деньги дают возможность реализовывать любимое дело и поддерживать себя в форме, быть здоровым и спортивным. Для меня денежная мотивация полностью вторична. Первична мотивация — достижения компании. Если мы за год не сделали ничего нового, но выручка компании выросла, у меня будет плохое настроение. А если даже не выполнили финансовый план, но активно развиваем новые проекты — оно будет не таким плохим, потому что дела в истории капитализируются однозначно больше, чем деньги. Деньги в любой момент могут обесцениться. А технология, которую мы сделали или расследование, которое провели, остаются в истории человечества. Это наша память. В могилу с собой ничего не унесешь.

Мой первый автомобиль однажды чуть не стоил нам жизней

Самая первая большая трата — первый автомобиль. Это был Rover 75, стоивший 150 000 рублей в 2006 году. Деньги я взял в долг, отдавал их частями. Автомобиль был 1997 года выпуска, с огромным пробегом — на нем мы ездили на наши первые расследования. Rover до сих пор на ходу, великолепный внутри — с салоном от дизайнера Jaguar, но сейчас не стоит ничего, но, может, лет через 50 получит историческую ценность. Планирую отдать его в автомобильный клуб Бауманки. Правда, однажды Rover чуть не стоил нам жизней, когда мы с друзьями поехали на водохранилище на востоке Москвы, в «Бухту радости». Там отмечали праздник вэдэвэшники, которым очень сильно не понравилась розовая майка моего друга. Мы спасались оттуда доблестным бегством: успели вскочить в автомобиль и уехать. И как только мы выехали на Ярославку, у него сломалась пружина, и он встал. Остановись он чуточку раньше, возможно, ни ровера, ни нас бы уже не было.

Мы боремся со злом в чистом виде

Социальным проектам и благотворительным фондам («Вера», «Подари жизнь», «Линия жизни») мы в Group-IB помогаем, бесплатно защищая их в интернете от скама, от мошенничеств, от фишинговых сайтов — довольно часто киберпреступники действуют от имени фондов, собирая деньги якобы для передачи их подопечным, мы пресекаем это. Кроме того, некоторые направления расследований мы также проводим абсолютно бесплатно, если это вызывает у нас четкую антипатию к преступникам — живодерам в интернете, маньякам или террористам, мы боремся со злом в чистом виде, которое никак не может быть оправдано. Недавно я разговаривал с «философами», которые пытались мне объяснить, что нет понятия зла и все в мире относительно. Дискуссия чуть не закончилась дракой на фразе «давайте посмотрим на действия Гитлера с другой стороны». С какой «другой» стороны? Для меня Сталин — чистое зло, хотя я не вызову поддержки многих россиян этой фразой. И человек, который оборачивает котенка в полиэтилен и протыкает его гвоздями, тоже творит чистое зло. И я не могу понять ни в каком формате, как подобные действия можно оправдать. В таких случаях мы готовы помогать. Мы бесплатно тратим свои человеческие ресурсы и расходуем вычислительные мощности для того, чтобы этих людей найти и оградить от общества. Многие нас просят помочь, потому что у них украли деньги. Понимаю, что эти деньги могут быть последними. Но зачастую деньги крадут из-за абсолютного нежелания человека усвоить простейшие основы информационной безопасности. Нужно потратить 30 минут и почитать на выбор десятки тысяч статей в интернете о том, как это происходит. Для тех, кто в 2019 году не знает, как защитить себя в интернете от кражи денег, возможно, нужен один такой урок, чтобы они усвоили: для того, чтобы не стать жертвой, необходимы знания.