Григорий Казанский лечится от ареста в Испании

Григорий Казанский лечится от ареста в Испании

Григорий Казанский лечится от ареста в Испании
Эск-гендиректора НПП «Салют» объявили в международный розыск за хищение 91 млн руб. в рамках гособоронзаказа через аффилированные фирмы

Оригинал этого материала
© Коммерсант.Ру, 27.06.2019, Оборонный заказ уехал на Ferrari, Фото: soyuzmash.ru

Роман Кряжев

Григорий Казанский

Заочно арестован объявленный в международный розыск Григорий Казанский, возглавлявший в 2014 году АО «Научно-производственное предприятие “Салют”». По версии следствия, он являлся организатором хищения 91 млн руб. в рамках гособоронзаказа через аффилированные фирмы. Господин Казанский прислал справку из испанской клиники о том, что у него обострилась старая травма головы и поэтому он не смог прибыть к следователю, который планировал предъявить ему обвинение и задержать. В суде следователь заявил об «активном противодействии» бывшего управленца оборонного предприятия. Также стало известно, что Григория Казанского разыскивают правоохранительные органы Андорры, подозревая его в отмывании средств.

В Нижегородском райсуде рассмотрели ходатайство о заочном аресте Григория Казанского, в 2014 году исполнявшего обязанности гендиректора НПП «Салют» (это предприятие занимается разработкой и производством радиоэлектроники и СВЧ-аппаратуры). Следователь следственной части ГСУ УМВД области Сергей Арефьев рассказал, что бывшего руководителя подозревают в организации хищения 91 млн руб. из средств гособоронзаказа через аффилированные коммерческие структуры.

Деньги были похищены из перечислений по госконтракту, заключенному между «Салютом» и поставщиком АО «Машприборинторг» на поставку импортного оборудования.

По версии следствия, господин Казанский инициировал заключение допсоглашения к договору, по которому из номенклатуры закупки был исключен ряд наименований, и в дальнейшем это оборудование было якобы приобретено через аффилированные с ним фирмы. Помимо мошенничества в особо крупном размере бывшему руководителю НПП «Салют» инкриминировали легализацию доходов, полученных преступным путем. Следствие предполагает, что на часть похищенных у госзаказчика денег были приобретены Ferrari и Mercedes-Gelandewagen.

Уголовное расследование по фактам вывода средств из НПП «Салют» идет с 2016 года, однако лишь этим летом были получены «убедительные доказательства» причастности бывшего управленца, рассказал следователь Арефьев.

В частности, показания на него дали сестра, другой экс-директор НПП «Салют» Дмитрий Воробьев, уже арестованный в рамках уголовного дела, и несколько свидетелей из числа работников предприятия.

Коммерсант.Ру, 10.06.2019, «Бывшему директору НПП «Салют» продлили срок ареста»: Нижегородский райсуд до 13 июля продлил срок ареста Дмитрию Воробьеву, бывшему гендиректору АО Научно-производственное предприятие «Салют» ( НПП «Салют», специализируется на разработке и производстве СВЧ-аппаратуры для систем вооружения, связи и управления, высокоточного оружия).

Как выяснил “Ъ-Приволжье”, бывшего управленца арестовали еще в начале года. Следствие инкриминирует ему злоупотребление служебным положением, полагая, что благодаря действиям господина Воробьева другие фигуранты уголовного дела в 2015 году похитили свыше 90 млн руб. за счет двойных оплат по госконтрактам. Расследованием занимаются следователи нижегородского областного управления МВД.

Кстати, в начале 2017 года Приокский райсуд прекратил уголовное дело в отношении другого бывшего управленца НПП «Салют» Владимира Грачева, который в 1999-2012 годах работал заместителем по экономике, а затем недолго был врио гендиректора. Его также обвиняли в злоупотреблении: возглавив в 2012 году АО «НИИТОП», господин Грачев пытался перебросить на это предприятие заказ НПП «Салют» по изготовлению трех гальванических линий через частную коммерческую фирму-посредника, которая гальваникой не занималась, но стала формальным победителем тендера. Эта схема не сработала: «Салют» лишился 8,7 млн руб. аванса, а оборудование так и не получил. Учитывая пожилой возраст Владимира Грачева и отсутствие у него судимостей, его освободили от уголовной ответственности по амнистии, объявленной к 70-летию Победы. — Врезка К.ру

По словам следователя, за эти годы они столкнулись с «активным противодействием» расследованию. «Чтобы отвести от Казанского подозрения, очень уважаемый человек, первый заместитель гендиректора “Росэлектроники” (управляющий холдинг “Ростеха”.— “Ъ”) лично фабриковал поддельную переписку с НПП “Салют”, что было установлено материалами дела. Затем почему-то был засекречен сам госконтракт. На него наложили гриф “Секретно”, очевидно, для того чтобы создать нам препятствия»,— добавил следователь.

По его словам, 7 июня господина Казанского вызвали в ГСУ, чтобы предъявить обвинение. Однако он не явился, и в данное время проживает в Испании, явно уклоняясь от явки к следователю. В Россию на допрос господин Казанский обещал прилететь экономклассом, предоставив квитанцию электронного билета. Это вызвало у следствия дополнительные подозрения, так как обычно топ-менеджер летал первым классом и обсуждал полет в Барселону на футбольный матч на арендованном бизнес-джете. В итоге полицейские объявили его сначала в федеральный, а затем в международный розыск. Посчитав, что бывший директор «Салюта» намеренно скрылся и может оказать давление в первую очередь на других обвиняемых по делу, следователь попросил заочно его арестовать.

Григорий Казанский через своих адвокатов сообщил, что сейчас проходит лечение в испанской клинике из-за обострившейся старой травмы головы.

«У него трещина в черепе, и он по объективным причинам пока не может явиться в Нижний Новгород»,— пояснил защитник Вадим Авласенко, предоставив соответствующую справку. По словам адвокатов, их клиент от следствия не прячется и повлиять ни на кого из свидетелей не может, так как трехлетнее расследование практически завершено, а следствие даже не запросило больницу по поводу состояния господина Казанского. Кроме того, защитники раскритиковали протокол допроса арестованного экс-директора Воробьева, заявив, что судье предоставлена непонятная «выжимка» с какими-то диалогами, из которых нельзя сделать никаких выводов о вине их подзащитного. Адвокаты также обратили внимание суда на то, что у следователя нет допуска к материалам, составляющим гостайну. Сергей Арефьев парировал, что документы, свидетельствующие о хищениях на «Салюте», для следствия секретными не являются, а полные протоколы допросов он предоставить не может исходя из тайны следствия.

Рассмотрев доводы сторон, судья Ирина Маньковская отказала защите, решив, что справка из испанской клиники вызывает сомнения, так как ее переводчик на русский язык об уголовной ответственности не предупреждался. Кроме того, прозвучала ссылка на то, что в национальное бюро Интерпола поступил запрос от Княжества Андорра, которое подозревает Григория Казанского в отмывании денег.

В результате суд решил арестовать его на два месяца с момента фактического задержания или выдачи в Россию.

Защитники сообщили “Ъ”, что будут обжаловать как решение о заочном аресте, так и постановление нижегородского угрозыска об объявлении господина Казанского в международный розыск, о котором они узнали только накануне судебного заседания.

***

«Если мне тебя надо будет грохнуть, ты об этом даже не узнаешь. Будет «Добрый вечер!» — и все»
Как бизнесмен Казанский похитил годовалую дочь и организовал преследование с подбросом наркотиков бывшей гражданской жене

Оригинал этого материала
© «МК», 06.06.2017, Нить Арианы, Фото: via «МК»

Елена Светлова

Григорий Казанский и Алина Брагина с общей дочерью Арианой

Ариане шесть. Она называет мамой чужую женщину, потому что так хочет папа.

В жизни дочери Алина Брагина пропустила все: и первые слова, и первые шаги. Она не заплетала ей косички, не примеряла платья и туфли. Они не бегали вместе по лужам, не ходили в зоопарк и не объедались мороженым. Единственное, что есть у Алины, это фотография, сделанная судебными приставами в квартире биологического отца ребенка.

Недавно мать девочки стала фигурантом уголовного дела. Пока она в статусе свидетеля, но все может измениться в любой момент — и тогда встреча с дочерью отложится на долгое время.

Они познакомились в баре, когда шел чемпионат мира по футболу. Она с подругами, он — с друзьями. Обменялись телефонами и на следующий день пошли в кино. Начался роман.

Она — эффектная девушка, студентка театрального вуза, он — молодой бизнесмен со всеми атрибутами красивой жизни. Сегодня она называет его «господин Казанский», а он ее — соответственно — «госпожой Брагиной». Их отношения давно уже стали предметом судебного разбирательства, где яблоко раздора — общая дочь Ариана.

— Он очень красиво за мной ухаживал, — рассказывает Алина, — хотя наш роман легким не назовешь. Мы то сходились, то расходились. Но я его очень любила, и каждое расставание было для меня невероятно болезненным.

Она до сих пор точно не знает, чем занимался ее любимый. Он разъезжал на супердорогих автомобилях и разбрасывался деньгами. Какое-то время Григорий Казанский работал топ-менеджером предприятия, который входит в холдинговую госкомпанию «Ростехнологии». После странного покушения, когда неизвестный обстрелял его автомобиль 8 марта 2012 года, СМИ окрестили Григория «тихим замом».

Сейчас он числится советником генерального директора завода «Ресурс» города Богородицка Тульской области и получает более чем скромную зарплату.

…Не все в избраннике устраивало Алину. Ее пугала мстительность Григория, проявлявшаяся даже по отношению к незнакомым людям. Он не прощал, если его «подрезали» на дороге. Но влюбленная девушка на все закрывала глаза, ей казалось, она встретила своего принца.

— Когда я забеременела, он был невероятно счастлив. Преподнес мне огромный букет роз, который стоял больше месяца. Это значит, подарок был от души, — вспоминает Алина. — Я ведь буквально вымаливала этого ребенка, надеясь, что с его появлением в наших отношениях все изменится к лучшему. Теперь знаю: нельзя просить у высших сил чего-то определенного, потому что мы не знаем, как все обернется.

Они стали жить вместе в квартире, принадлежащей матери Григория. Беременность была сложной. Алина долго лежала в больнице на сохранении. Ребенок родился недоношенным. Молодую маму с дочкой выписали из роддома только через неделю.

— Мы вместе отметили Новый год и начали жить в гражданском браке, — вспоминает Алина. — Сначала все было хорошо, а потом я поняла, что рождение ребенка, по сути, ничего не изменило. Мои надежды оказались иллюзиями. Мы так и не стали семьей. Вспыхивали скандалы. После очередного конфликта с его родителями, который произошел на почве разных представлений о воспитании ребенка, Григорий перестал ночевать дома. Близости между нами уже не было. Но я делала вид, что все нормально.

После очередного бурного выяснения отношений Алина выпалила: «Если не хочешь со мной жить, не насилуй себя, мы уедем. Можешь навещать ребенка, когда захочешь». А вскоре она узнала, что у Григория очень давно есть другая женщина — фотомодель по профессии. Ее фотографии в провокативных позах размещены в Интернете.

— Я нашла ее в социальных сетях и написала: «Ты случайно не с моим мужем спишь?» Она ответила: «А что, Гриша разве твой муж?» — «Да, и у нас ребенок. А ты не знала? Неужели ты веришь всему, что он тебе говорит?». После этого я ее везде заблокировала, собрала вещи и уехала с ребенком к маме. У нас однокомнатная квартира с большой кухней — места всем хватает.

Неделю Алина приходила в себя. Плакала, переживала. А потом стала заниматься делами. Ребенок был бомжем — за год биологический отец так и не прописал дочь в своей квартире. Алина зарегистрировала девочку, оформила страховой медицинский полис, поставила на учет в детскую поликлинику. За три месяца Григорий навестил ребенка четыре раза, хотя никто ему не препятствовал.

— Каждый раз он мне говорил: «Потерпи еще чуть-чуть. Все наладится. Я вас заберу». Я ему верила. Мы ведь любили друг друга, — говорит Алина.

10 декабря у ее двоюродного брата была назначена свадьба. Девушка собралась в салон. Позвонил Григорий: «Пока ты будешь наводить красоту, я пообщаюсь с ребенком, а потом вместе поедем на свадьбу». С другом он приехал к ее маме, которая сидела с Арианой, и попросил их накормить. Бабушка отдала ребенка отцу, а сама пошла хлопотать на кухню.

Дальше события развивались словно в криминальной мелодраме. Григорий сказал другу, что забыл игрушку в машине, и отдал ему ключи, а сам вышел вслед с дочкой на руках и закрыл дверь на ключ снаружи. Бабушку насторожила внезапная тишина в квартире. Она заглянула в комнату, где только что играла внучка, но там было пусто. Бросилась к входной двери — заперто!

— Мама была в шоковом состоянии, — Алине и сегодня страшно вспоминать тот день. — На улице минус десять, ребенок в одних ползунках. Я набираю номер Григория и его друга: все телефоны выключены. Тут же подаю заявление в полицию. Меня спрашивают: «Решение суда есть? Если нет, у вас равные права на ребенка. Никто вашу дочь искать не будет!» Через три дня он вышел на связь и сказал, что ребенок орет благим матом.

Алина стала звонить родителям Григория и услышала: «Надо было вести себя корректнее. Пускать его к ребенку». Она поняла, что он всем рассказывал совсем другую историю. Через 8 дней после похищения у Арианы был день рождения — девочке исполнился годик, — но мать к ней не пустили. Потом она уломала бывшего гражданского мужа позволить ей пару часов провести с ребенком.

— Дочка была простуженная, вся в соплях. Она не слезала с моих рук и заплакала, когда я уходила. На Новый год меня к Ариане снова не пустили. Я умоляла о встрече на Рождество: «Дай мне побыть с ребенком! Ты зверь, что ли?» Он обещал, что я увижу дочь в сочельник. Я приехала в назначенное время, но мне никто не открыл. Телефон тоже не отвечал. А за несколько дней до этого у нас был разговор в машине, который я записала. Отец моего ребенка сказал: «У тебя в суде нет шансов. У меня уже все заряжено, лишить тебя родительских прав будет стоить 200 штук!» Потом неожиданно предложил вместе попить чаю. Я призналась, что боюсь его. Он рассмеялся: «Если мне тебя надо будет грохнуть, ты об этом даже не узнаешь. Будет «Добрый вечер!» — и все». Потом эту запись приобщили к материалам суда. Когда Казанскому задали вопрос: «Вы подтверждаете, что это ваш голос?» — он ответил: «Да, подтверждаю, но я не это имел в виду».

Алина наняла адвоката, подала иск в Головинский районный суд города Москвы, и 23 марта 2012 года было вынесено решение в ее пользу: определить место жительство ребенка с матерью. Отца обязали немедленно передать дочь Алине Брагиной. Апелляция, поданная Григорием Казанским, не увенчалась успехом. Суд опять принял сторону матери.

Но в действительности ничего не менялось. Григорий не собирался возвращать дочь Алине. Она по-прежнему была лишена любого общения с Арианой. Она даже не знала, где находится ее маленькая девочка.

Алина боролась за ребенка всеми способами. Писала бесконечные заявления в Следственный комитет и в прокуратуру, но все было бесполезно. Бумаги ходили по кругу: пинг-понг, пинг-понг. Судебные приставы выписывали запреты на выезд ребенка из России, но Ариану никто не искал.

К кому Алина только не обращалась за помощью! Писала Павлу Астахову, который в то время занимал пост детского омбудсмена. Просила вмешаться в ситуацию и Президента РФ, и премьера, и Жириновского. Даже Кадырову жаловалась — все безрезультатно. В ответ одни отписки.

«Я не знаю, как она выглядит сейчас, что она любит, а что не любит, я не знаю о ней ничего… Я купила ей очень красивую куколку ручной работы и красивый браслетик, но встреча так и не состоялась», — писала Алина в петиции на имя Владимира Путина.

По сведениям матери, какое-то время Ариана жила в Испании. Непонятно, как отцу удалось вывезти ребенка в другую страну, нарушив решение суда. А вообще в течение пяти лет Григорий Казанский неоднократно менял место регистрации.

— Второй суд состоялся в Республике Ингушетия. У него был товарищ, известный в шоу-бизнесе человек. Григорий зарегистрировался у него в доме с ребенком и подал иск в суд о лишении меня родительских прав, указав, что я наркоманка и проститутка, а значит, не имею права воспитывать ребенка.

Я написала обращение на имя Юнус-Бека Евкурова. Письмо попало ему на стол. Меня принял секретарь Совета по безопасности Ахмед Котиев (в августе 2013-го был расстрелян боевиками в автомобиле. — Е.С.) и сказал: «Мы провели расследование. Твоего ребенка здесь не было».

Казанский уверял, что дочка находится на лечении в оздоровительном комплексе «Армхи» Республики Ингушетия. Но и это не подтвердилось.

Бывший гражданский муж обвинял Алину в употреблении наркотиков. Она обратилась в Центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции и сдала волосы на исследование. Так как волос растет со скоростью 1–1,2 см в месяц, а употребленные наркотические и психотропные средства способны откладываться в структуре волос, тест позволяет установить, что именно употреблял человек. У волос длинная «память». Интересно, что при исследовании волос перуанской мумии, захороненной 3 тысячи лет назад, обнаружился кокаин.

— Результаты этого теста я просила приобщить к материалам дела, но суд это не устроило, — рассказывает Алина. — Мне и Григорию назначили наркологическую экспертизу. Но судья неправильно оформила документы, и дело надолго зависло в областном наркологическом диспансере.

Поскольку адвокату Алины удалось в судебном порядке отменить регистрацию ребенка в Ингушетии, дело передали в Москву, в Чертановский районный суд. Очередное решение было в пользу матери. Потом — новое рассмотрение уже в Головинском районном суде по вновь открывшимся обстоятельствам: в новой семье Григория растут двое детей, которые очень привязаны к Ариане, чья мать свои родительские обязанности не исполняет. Решения, апелляции, новые суды — судьба ребенка мелькала в официальных бумагах, как в калейдоскопе.

Когда на одном из судов, который проходил по месту регистрации отца ребенка в Богородицке Тульской области, бывший гражданский муж поднял вопрос о лишении ее родительских прав, судья ответила: «Нет оснований, а вот если бы против нее было возбуждено уголовное дело — другой вопрос. Тогда ребенка оставили бы с тобой».

— Как я могла исполнить свои родительские обязанности, — недоумевает Алина, — если Григорий не дает мне возможности даже повидаться с дочерью? Мне задали вопрос: «Как вы пытались разыскать своего ребенка за эти пять лет?» В ответ я выложила целый талмуд документов: мои обращения в прокуратуру, Следственный комитет, службу приставов.

Наконец отец Арианы согласился устроить свидание дочери с матерью. Предварительно он потребовал, чтобы Алина написала сценарий встречи.

— Я была в шоке, но согласилась на все, лишь бы увидеть наконец дочь. Но Григорий переписал сценарий по своему усмотрению. Согласно новому варианту мне все было нельзя: говорить, что я ее мама, дотрагиваться до нее, разговаривать, фотографировать. Можно было только наблюдать издалека и задавать вопросы, которые он одобрил: как тебя зовут, как твои дела и т.д. […]

Встреча была назначена в помещении крупного торгового центра. В ресторане отец и мать Арианы подписали свои экземпляры договора. Все было очень официально. Алина держала себя в руках и выглядела спокойной, хотя внутри ее колотило от волнения.

— Кругом торчали его охранники, — она живописует атмосферу. — У него никогда не было друзей, которые занимали более высокое положение или даже были наравне с ним. Он не терпит никакой конкуренции. Все его друзья — это люди, которые на него работают. Он покупает им машины, снимает квартиры, приглашает в рестораны, оплачивает разные прихоти. Естественно, эти люди никогда не пойдут против него.

Детский центр, который входит в торговый комплекс, разделен на две зоны — игровую часть и ресторан. За соседними столиками, по словам Алины, сидели охранники бывшего гражданского мужа.

— Он, наверное, думал, что я притащу полицию, приставов, чтобы отобрать Ариану, — она невесело улыбается. — Я прекрасно понимаю, что ребенок меня не знает, и отнять ее у отца значило бы нанести ей тяжелую психологическую травму. Ведь в последний раз я видела дочь пять лет назад. […]

Когда Тульский областной суд (Григорий Казанский зарегистрирован в городе Богородицке Тульской области) решением от 17 марта 2017 года поставил точку в этой истории и постановил, что Ариана Казанская должна быть возвращена матери, Алина не спешила торжествовать. Долгие годы войны за ребенка научили ее, что точка может обернуться многоточием.

— Приезжаю в назначенное время, к 11 часам утра, в Богородицк, — она продолжает свою эпопею. — Отец Арианы звонит приставу: «Я не успеваю приехать из Тулы, перенесите на два!» Потом отложили до четырех часов дня. Там уже куча «Гелендвагенов», «БМВ» и «Мерседесов». Он просто ждал приезда своих друзей-охранников. Заходим в дом с приставами. Кругом охрана. Нам говорят, что ребенок в комнате наверху.

Дверь была заперта изнутри. Алина постучалась, в ответ раздался детский голос: «Я не выйду, пока эти чужие люди не уйдут! Уходите!» Приставы составили акт, что девочка боится, поэтому не вышла. «Передать дочь не могу, потому что она не хочет!» — заявил Григорий Казанский.

— Нам пришлось уехать ни с чем, — переживает Алина. — Не могу же я забрать дочь силой! Она меня совсем не знает. Надо пообщаться, походить вместе куда-то, чтобы она ко мне привыкла. Часа не проходит, чтобы я не думала о ней.

В общественном движении «Права родителей», в котором состоит и Алина Брагина, известно немало историй, когда бывшие мужья не останавливались ни перед чем, чтобы отобрать ребенка. В ход шли все средства, чтобы скомпрометировать мать перед законом. И женщины часто проигрывали в этой войне, особенно когда против них сражались отцы с деньгами и связями.

В канун майских праздников Алина нашла в почтовом ящике несколько извещений. Перед работой решила забежать на почту, чтобы получить документы из суда и бандероль.

— Документы мне выдали сразу, а посылку долго не могли найти. Только потом я поняла, что они тянули время, — рассказывает Алина. — Я ни от кого не ждала бандероли. Фамилия отправителя, адрес и телефон — все было незнакомое. Открыла — в нос ударил запах хлорки. Внутри лежали книга, ежедневник и коробка конфет. Я все сложила обратно и пошла к выходу, где меня уже ждали сотрудники полиции.

Дальше все было как в страшном сне. Алину швырнули в машину и повезли в Головинский ОВД. Ей сразу сказали: «Все против тебя, поэтому лучше написать чистосердечное признание».

— У меня изъяли все вещи, — продолжает Алина. — В коробке было 26 маленьких конфет в обертках, в трех из них оказались сверточки с каким-то порошком. Потом меня заводят в комнату, раздевают, заставляют три раза присесть в надежде, что из меня что-то вывалится. Затем сунули в камеру.

Через час ее вызвали. Повели на «продувку» и анализ мочи. Врач визуально осмотрел Алину и выдал справку: по внешним признакам есть основания полагать, что человек находится в состоянии наркотического опьянения.

— Меня задержали в 8.30 утра и продержали до 6 вечера. Я была простуженная, от усталости и стресса не чувствовала ни рук, ни ног, — говорит Алина. — Потом был обыск дома с собакой. Я добровольно прошла тестирование на полиграфе. Там были вопросы, знала ли я, что в посылке и кто мне ее прислал.

Теперь есть уголовное дело, в котором у Алины статус свидетеля, но все может измениться. Такие примеры есть.

— Меня спасло то, что я открыла бандероль на почте, прямо под камерой наблюдения, — говорит она.

По совету адвоката она прошла еще одно исследование на наркотики в Московском научно-практическом центре наркологии. Согласно медицинскому заключению (№2583, серия 7707), «в организме Брагиной А.Р. отсутствуют наркотические средства, психотропные вещества и их метаболиты». […]

Мы позвонили Григорию Казанскому, но он от комментариев отказался: «Моя позиция изложена в материалах суда».